Главная arrow Всё arrow История arrow Балкария 
Все |0-9 |A |B |C |D |E |F |G |H |I |J |K |L |M |N |O |P |Q |R |S |T |U |V |W |X |Y |Z

Всё История Балкария

Этюды о Балкарии

Оглавление
Этюды о Балкарии
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33

САФАРАЛИ УРУСБИЕВ

Старший сын балкарского просветителя Исмаила Мирзакуло-вича Урусбиева - Сафарали родился в 1858 году1.
С малых лет Сафарали обучался вместе с двоюродными бра¬тьями в медресе Урусбиевского поселка у ученого богослова из Дагестана Искандера-эфенди. Исмаил Мирзакулович нанял также для обучения сыновей и племянников русского учителя. К сожале¬нию, имя этого подвижника сегодня неизвестно. Благодаря ему в середине 70-х годов в Урусбиево было немало горцев, которые «умели писать хорошо и скоро»2.
В 1872 году Сафарали поступает во Владикавказское реальное училище. Учился Сафарали успешно, старательно овладевал кур¬сом реального училища, которое давало среднетехническое об¬разование. Осталось свидетельство о встрече английского путе¬шественника Грове с Сафарали-реалистом в 1874 году: «В деревне находился и представитель главного рода - прелестный юноша пятнадцати или шестнадцати лет - старший сын и наследник Исма-ила. «Сударь, - сказал он однажды Муру3, когда последний заго¬ворил о путешествии из Урусбиево в Учкулан, - если бы мой отец был здесь, то он не только счел бы за честь принять вас в своем доме, но и проводил бы вас до Учкулана». Слова его были совер¬шенно искренни, если и не были лишены восторженности. Маль¬чик этот воспитывался в русской школе, впоследствии чего весьма естественно старался подражать одежде и обычаям победите¬лей, хотя в нем и сохранились некоторые лучшие черты нацио¬нального характера, и таким образом он был очарованным пред¬ставителем Урусбиевых, самых образованных и приветливых из жителей Северо-Западного Кавказа»4.
Годы учебы во Владикавказе предопределили судьбу молодо¬го горца. Ведь Владикавказ второй половины XIX века был не только административным, но и культурным центром Северного Кавказа. В 70-х годах XIX века здесь были созданы подпольные революци¬онные кружки рабочих, передовая часть горской интеллигенции была объединена в народнические кружки. Среди кружковцев реалисты Владикавказа занимали видное место. В документах рас¬следования деятельности Владикавказского кружка народников несколько раз упоминаются и имена балкарцев - учащихся влади¬кавказских училищ Мисоста и Кайтука Абаевых. Несомненно, что и Сафарали не оставался в стороне от деятельности кружка. Са-фарали и Мисоста Абаева связывала многолетняя дружба. Они не
 
потеряли связи и тогда, когда Сафарали был вынужден более двадцати лет находиться вдали от родины. Столица Терской обла¬сти - Владикавказ XIX века жил напряженной жизнью. Здесь вы¬ходили газеты, на заседаниях окружного суда слушались дела крестьян, взбунтовавшихся против помещиков, выносились обви¬нительные приговоры против рабочих, участников революционно¬го движения.
Зарождающаяся горская интеллигенция пыталась наладить дело народного просвещения, была озабочена повышением жизненно¬го уровня своих народов. В этой обстановке формировалось ми¬ровоззрение молодого Сафарали Урусбиева.
Нам неизвестно точно, в каком году Сафарали закончил учи¬лище. Но если учесть, что во Владикавказском реальном училище обучение было шестилетним, а для тех, кто собирался поступать в высшее учебное заведение, имелся седьмой, дополнительный или, как его называли, приготовительный класс, то Сафарали закончил училище в 1880 году. В 1879 году он подготовил к публикации «Сказания о нартских богатырях у татар-горцев Пятигорского ок¬руга Терской области». Предстоит еще выяснить историю публи¬кации учащимся Владикавказского реального училища Сафарали Урусбиевым «Сказаний о нартских богатырях...». На замыслы Са-фарали указывает сообщение П. Острякова в «Вестнике Европы»: «Им (Наурузу и Сафарали. - Т. Б.) дороги памятники родной поэзии, и они с прискорбием боятся, что не найдется человека, который бы хотя бы в русском переводе сохранил заветные пес¬ни. Желание их и любовь доходят до того, что оба брата напере¬рыв предлагали мне быть переводчиком и комментатором...»5.
Сафарали выбрал профессию в ранней юности. Не последнюю
роль в его решении стать ученым-лесоводом сыграло, видимо,
состояние Баксанского леса, хищнически истреблявшегося с сере-
дины XIX века. После окончания училища Сафарали ждет осво-
бождения стипендии гр. Лорис-Меликова, учрежденной для обу-
чения в Петровско-Разумовской сельскохозяйственной академии.
До конца 1880/81 учебного года эту стипендию получал Тавке-
шев; после ее освобождения она была присуждена Сафарали
Урусбиеву, и он становится студентом академии. На сегодняшний
день существуют два противоречащих друг другу документа о
дате окончания Сафарали академии. В «Годичном акте Петров-
ской земледельческой и лесной академии на 21 ноября 1885 г.»
имя Сафарали Урусбиева записано в списке утверждаемых «в
звании действительного студента»6. Третьим мая 1885 года дати-
ровано заявление Исмаила Урусбиева начальнику Нальчикского
округа о предоставлении единовременного пособия для изучения
практического садоводства в Крыму «сыну, студенту Сафару Урус-
биеву, окончившему курс в Петровско-Разумовской академии по
агрономическому отделу...»7. В академии был четырехлетний срок
обучения. Сафарали поступил на лесоводческое отделение, но в
1883 году в связи с постоянными волнениями студентов отделение
было закрыто. Часть студентов была уволена, другая часть пере-
—-с    J-    23 ч   
 
ведена на агрономическое отделение. Возможно, этим объясня¬ется продление срока учебы Сафарали в академии.
Петровско-Разумовская сельскохозяйственная академия, где учился Сафарали Урусбиев, была создана в 1865 году по инициа¬тиве Московского общества сельских хозяев, в разные периоды она меняла свою структуру, название, сроки обучения. «Петров¬ская академия была хорошо оснащенным высшим учебным заве¬дением и готовила специалистов широкого профиля. Здесь функ¬ционировала образцовая ферма, опытное поле, ботанический сад, пасека, оранжерея, лаборатория, многочисленные учебные каби-неты»8. В годы, когда учился Сафарали, в академии обучалось большое количество студентов-кавказцев. Среди них широко из¬вестны имена участников подпольного революционного движения во Владикавказе народовольцев Индриса Шанаева, Ефима Газда-нова, Д. Голиева и др.
Будучи студентом Петровско-Разумовской академии, Сафар-али не оставляет своей просветительской деятельности. Во вре¬мя каникул собирает фольклор, занимается также составлением грамматики, для чего «применяет русскую азбуку к выражению его звуков». Об этом сообщают Миллер и Ковалевский после своего первого путешествия по Северной Осетии и Балкарии в 1883 году9. В том году Сафарали оказал большую помощь уче¬ным не только как проводник и переводчик, но непосредственно и в сборе полевого материала. В экспедиции ученых, кроме Сафар-али, принимал участие студент той же академии, где учился Са-фарали, - Соломон Туккаев из Осетии. «Имея по всем аулам родственников, аталыков и кунаков, Сафарали мог открыть нам самый широкий доступ к горскому гостеприимству», - писали исследователи Кавказа. В. Миллер и М. Ковалевский оставили нам любопытную характеристику взаимоотношений Сафарали и его земляков: «Женщин гораздо больше, чем мужчин, огорчал евро¬пейский костюм Сафара и его отпущенные волосы. В оправдание себе он должен был прибегать к довольно неправдоподобному объяснению, что в Москве так холодно, что нельзя ходить бри¬тым. Одна из кузин заметила о нем с иронией: «Ведь вот русский, а недурно говорит по-горски»10.
Исмаил Урусбиев внимательно следил за учебой сына, оказывал ему всяческую помощь. После окончания академии в 1885 году, как отмечалось выше, Сафарали должен был изучить практиче¬ское садоводство в Крыму. Так как в то время Исмаил Мирзакуло-вич был стеснен в средствах, то он обращается к начальнику Наль¬чикского округа с просьбой о выдаче пособия для продолжения занятий11. При условии, если в просьбе будет отказано, И. М. Урус-биев просит выдать двести рублей взаймы.
После окончания занятий по практическому садоводству в Кры-
му в 1887 году Сафарали был направлен для работы лесничим в
слободу Воздвиженская Грозненского округа. 9 февраля 1891 года,
«причисленный к корпусу лесничих губернский секретарь Урусби-
ев» был назначен на должность лесничего 2-го ветлужского II раз-
—-с    J-    24 ч   
 
ряда лесничества Костромской губернии12. Через год он был пе¬реведен в Угличское лесничество Ярославской губернии.
Мы пока не располагаем достаточным количеством докумен¬тов о периоде жизни Сафарали с 1892-го по 1911 год. Можно только предположить, что Сафарали не остался в стороне от ре¬волюционных событий рубежа XIX и XX веков. Еще предстоит уточнить, за что царская администрация «пожизненно сослала инакомыслящего горца в г. Углич Ярославской губернии»13. Судя по некоторым источникам, живя на севере, Сафарали не порывает связи со своими земляками-кавказцами. Доктором филологиче¬ских наук Р. X. Хашхожевой в 1966 году были разысканы материа¬лы, свидетельствующие о близком знакомстве Сафарали Урусби-ева и адыгского писателя начала XX века Кази-Бека Ахметукова14. Обнаруженные ею документы свидетельствуют: в 1898 году Ах-метуковым была предпринята попытка издания журнала «Кавказ и народы Востока». Соиздателем журнала, готовым внести 35 из нужных для субсидирования журнала 50 тысяч, Ахметуков назы¬вает Сафарали Урусбиева. Знакомство Ахметукова и Урусбиева подтверждается и повестью Ахметукова «На черный материк»15, опубликованной в том же 1898 году. Судя по повести, знаком¬ство Ахметукова с Урусбиевым и урусбиевцами было весьма по¬верхностным. Баксанское ущелье он называет Баксановским, а об урусбиевцах пишет: «Товарищи мои были балкары (ногайского племени)...»
По выявленным на сегодняшний день документам трудно су¬дить, за что и на какой срок был сослан Сафарали на север. Ана¬лиз обнаруженных документов дает основание и для такого воп¬роса: а был ли Сафарали сослан вообще? Иначе чем объяснить, что его неоднократно избирали в органы земской управы, он но¬сил свой почетный титул князя, а в 1907 году даже был награжден орденом св. Станислава 3-й степени? К 1915 году Сафарали Урус-биев имел чин надворного советника.
В 1911 году Басият Шаханов, будучи юрисконсультом Нальчик¬ского округа, возбудил ходатайство о возвращении Сафарали в Балкарию. Но ходатайство это не было удовлетворено.
К сожалению, мы почти не располагаем сведениями о после¬дних годах жизни Сафарали Урусбиева, не знаем точной даты его смерти. Последнее известие о Сафарали Урусбиеве мы находим в очерке В. В. Дубянского «К портрету князя Н. И. Урусбиева», написанном в 1917 году. В нем вскользь упоминается, что брат Науруза «служит по корпусу лесничих в министерстве земледе¬лия и государственных имуществ»16.
С именем Сафарали Урусбиева связана первая публикация карачаево-балкарского нартского эпоса. Нартские сказания были опубликованы в первом номере «Сборника материалов по описа¬нию местностей и племен Кавказа» и представляли карачаево-бал¬карскую версию нартиады. Подбор, перевод и литературная об¬работка текстов дают основание рассматривать публикации как самостоятельную творческую работу. Из множества вариантов
 
С. Урусбиев выбирает именно те, что объединяют цикл вокруг нарта Ёрюзмека, и при этом старается не нарушать «внутренней связи между ними, как частями одной эпической поэмы» (С. Урус-биев). Эти нартские легенды об Ёрюзмеке, Шауайе, Рачикау и Сосруке имеют самостоятельный характер, хотя и являются час¬тями большого эпоса и связаны своей мифологической и архаич¬ной основой, общими героями, сюжетными линиями.
Публикацию нартских сказаний С. Урусбиев предварил боль¬шим предисловием, в котором дается общая характеристика нарт-скому эпосу. Он вводит читателя в мир культуры карачаевцев и балкарцев, знакомит его с характером бытования нартиады, аре¬алом ее распространения, с основными персонажами, манерой исполнения и музыкального сопровождения.
Публикация С. Урусбиева положила начало интенсивному ис¬следованию как нартского эпоса, так и других жанров карачаево-балкарского фольклора.
Судьба С. Урусбиева оставила свой след и в русской литера¬туре начала ХХ века. Брат А. П. Чехова - Михаил несколько раз обращался к драматическим жизненным обстоятельствам, выну¬дившим С. Урусбиева жить вдалеке от родины. Они познакоми¬лись в 1894 году, когда М. Чехов был переведен по службе в Углич. К этому времени в Угличе сложился культурно-просвети¬тельский кружок, объединивший небольшую группу угличских ин¬теллигентов. Активными членами кружка были Л. Ф. Соловьев, Н. Д. Евреинов, П. А. Критский и С. Урусбиев. М. Чехов тотчас включился в работу кружка. По воспоминаниям сына М.Чехова -Сергея, «Антон Павлович с живым участием слушал повесть сво¬его брата Михаила об этом балкарце и его неудавшейся жизни. Это он, Антон Павлович, посоветовал брату написать рассказ»17. М. П. Чехов написал о своих встречах с Сафарали сначала в губернской газете «Угличские вести». Затем писатель перерабо¬тал свои очерки в рассказ «Преступник», где писатель сопережи¬вает своему несправедливо осужденному товарищу.
Исследователями творчества С. Урусбиева обнаружена также публикация в «Отечественных записках» (1884) - письмо в редак¬цию журнала, где он в соавторстве со своим товарищем по Ака¬демии Соломоном Туккаевым рассказывает об обстоятельствах совершения известной этнографической экспедиции, предприня¬той русскими учеными-ориенталистами М. М. Ковалевским и В. Б. Миллером. В этой статье обнаруживается полемический дар авторов, их глубокая заинтересованность в изучении народов Се¬верного Кавказа.
Творчество и общественная деятельность С. Урусбиева нахо¬дятся у истоков просветительского движения балкарцев и карача¬евцев. Он был первым во многих областях развития духовной куль¬туры народа во второй половине XIX века.
 
ПРИМЕЧАНИЯ

1    ЦГА Северной Осетии, ф. 12, оп. 4, д. 103, с. 39; ф. 12, оп. 5, д. 199.
2    Грове. Холодный Кавказ... С. 131.
3    Мур - ученый, сопровождавший Грове по Кавказу.
4    Грове. Холодный Кавказ... С. 131.
5    Остряков П. Народная лирика кабардинцев и ее образцы // Вестник Европы. 1879. Кн. 8. С. 701. Необходимо отметить, что работа Острякова не имеет никакого отношения к кабардинскому фольклору. Публикуя образцы карачаево-балкарского фольклора, П. Остряков допустил ошибку в определении этнонима балкарцев, что было распространенным явлением в XIX веке.
6    ЦГА Московской области, ф. 228, оп. 1, д. 351, л. 5.
7    ЦГА КБР, ф. 6, оп. 1, д. 85, л. 29.
8    Очерки школы и педагогической мысли народов СССР. Вторая половина XIX века. М.: Педагогика, 1976. С. 179.
9    В горских обществах Кабарды. Из путешествия Вс. Миллера и М. Ко¬валевского // Вестник Европы. 1884. Кн. 4.
10    Там же.
11    ЦГА КБР, ф. 6, оп. 1, д. 85, л. 29-32.
12    Приказы по корпусу лесничих. СПб., 1892 // ЦГВИА, ф. 243, оп. 3,
д. 1, л. 18.
13    Кабардино -Балкарская правда. 1981. 9 июня.
14    Кабардино-Балкарская правда. 1966. 11 ноября.
15    Вокруг света. 1898. № 13.
16    Кавказские курорты. 1917. № 10. С. 118.
17    Чехов С.М. О семье Чеховых. Ярославль, 1970.
 

 

 

 
След. »

Наши друзья
Будут предприятия - будет и рынок. Лучшие фото с интересными людьми. Астрология хороша и для спорта, и для здоровья. В сексе язык вовсе не лишний. Можно ли положить карты таро в столбик? Искусство кино связано с дизайном и рекламой. У США сломалось шасси.