Главная arrow Всё arrow История России arrow История России 
Все |0-9 |A |B |C |D |E |F |G |H |I |J |K |L |M |N |O |P |Q |R |S |T |U |V |W |X |Y |Z

Всё История России История России

История России 1917-2009

Оглавление
История России 1917-2009
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
Страница 123
Страница 124
Страница 125
Страница 126
Страница 127
Страница 128
Страница 129
Страница 130
Страница 131
Страница 132
Страница 133
Страница 134
Страница 135
Страница 136
Страница 137
Страница 138
Страница 139
Страница 140
Страница 141
Страница 142
Страница 143
Страница 144
Страница 145
Страница 146
Страница 147
Страница 148
Страница 149
Страница 150
Страница 151
Страница 152

§ 4. Национальная политика и национальные движения
С принятием в 1961 г. новой Программы КПСС связывалось нача¬ло нового этапа в развитии национальных отношений в стране. Его осо¬бенности виделись в дальнейшем сближении и достижении «полного единства» наций. Национальную политику, призванную регулировать национальные отношения на новом этапе, партия обязывалась прово¬дить «на основе ленинской национальной политики», не допуская «ни игнорирования, ни раздувания национальных особенностей». Важней¬шая цель политики виделась «по-прежнему» в обеспечении фактичес¬кого равенства наций, народностей «с полным учетом их интересов, уде¬ляя особое внимание тем районам страны, которые нуждаются в более быстром развитии». Растущие в процессе коммунистического строитель¬ства блага было обещано «справедливо распределять среди всех наций и народностей».
Однако «развернутое строительство коммунизма» в стране продол¬жалось недолго. В ноябре 1967 г. Л. И. Брежнев объявил, что в СССР построено развитое социалистическое общество, в дальнейшем предсто¬яло его совершенствовать. Новые власти отказались и от других методо¬логических новаций хрущевского периода. Положение о новой истори¬ческой общности при этом было сохранено и получило дальнейшее раз¬витие с уточнением представления о ней как о многонациональном народе.
Положение о якобы вполне сформировавшейся в СССР новой ис¬торической общности содержалось в выступлениях генерального сек¬ретаря на XXIV (1971) и XXV (1976) съездах партии. В развитие этого положения Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС подготовил и выпустил двумя изданиями книгу «Ленинизм и национальный воп¬рос в современных условиях» (1972, 1974), дававшую официозную трак¬товку феномена. В книге разъяснялось: «Советский народ представля¬ет собой не какую-то новую нацию, а является исторической, более широкой, чем нация, нового типа общностью людей, охватывающей все народы СССР. Понятие "советский народ" появилось как отражение коренных изменений сущности и облика советских наций, как выраже¬ние их всестороннего сближения, роста их интернациональных черт. Но и при тесном переплетении интернационального и национального в со¬циалистических нациях последние образуют советский народ, остава¬ясь в то же время его национальными компонентами». Упрочение «но¬вой исторической общности» представлялось важнейшей целью госу¬дарственной национальной политики.
На протяжении 1970-1980-х годов в стране издавалось несметное количество книг и статей о расцвете и сближении советских наций, о соотношении национального и интернационального, о торжестве
 
«ленинской национальной политики». Однако работы грешили декла¬ративностью и схоластичностью, практически не способствовали сокра¬щению разрыва между наукой, политикой и жизнью. Быстро оживляю¬щееся национальное самосознание третировалось как проявление на¬ционализма. Реальные противоречия национальной жизни и межнациональных отношений упорно игнорировались. «Нациология» в условиях «развитого социализма» заметно активизировалась по праз¬дничным датам в связи с юбилеями Октябрьской революции и образо¬вания СССР. Это не могло не накладывать отпечатка «заздравности» на значительную часть трудов, посвященных национальной проблематике.
Разумеется, новая историческая общность людей в СССР была не только сотворенным мифом, но и реальностью. В нынешних средствах массовой информации признание того, что были действительно совет¬ские люди, часто отождествляется либералами лишь со своего рода не¬полноценностью (отсюда презрительное «совок»). Однако этим не от¬меняется тот факт, что на уровне общественной рефлексии ощущение «советсконародности» имелось. Любители футбола разных националь¬ностей в крупных международных матчах болели, как за свои за киев¬ское и тбилисское «Динамо», ереванский «Арарат», за наших космонав¬тов, независимо от их национальной принадлежности. Иными словами, определенно существовало некое субстанционарное пространство не с этническим, а гражданским основанием.
«Согласно всем современным представлениям о государстве и нации советский народ был нормальной полиэтнической нацией, не менее ре¬альной, чем американская, бразильская или индийская», — справедливо утверждает в наши дни С. Г. Кара-Мурза. Разумеется, степень «советско-сти» была различной у разных групп населения, однако единое хозяй¬ство, единая школа и единая армия делали советский народ гораздо бо¬лее сплоченным, чем названные полиэтнические нации. Убедительным аргументом в пользу существования такой общности является рост чис¬ла этнически смешанных браков. Переписью населения 1959 г. в стране зафиксировано 50,3 млн семей, из них 10,3% смешанных в национальном отношении. К 1970 г. смешанные семьи составляли 13,5%, в 1979 г. — 14,9, а в 1989 г. — 17,5% (12,8 млн из 77,1 млн семей). За каждым из супругов обычно стояли группы родственников, многократно увеличивавшие число породненных между собой людей различных национальностей.
О формировании новой общности говорили также данные о значи¬тельном числе нерусских, признававших русский язык языком межна¬ционального общения, своим «родным» языком. По переписи 1926 г. их зафиксировано 6,4 млн, в 1959 г. — 10,2, в 1979 г. — 13; в 1989 г. уже — 18,7 млн. Если бы процесс перехода на русский язык не был достаточно естественным и добровольным, то подавляющее большинство нерусских не стали бы называть его «родным», ограничиваясь указанием на «сво¬
 
боное владение» им. Переписи населения показывали также постоян¬ный рост числа свободно использующих русский язык наряду с род¬ным национальным языком. В 1970 г. в СССР проживали 241,7 млн че¬ловек (из них 53,4% были русскими). К 1989 г. их число увеличилось до 286,7 млн, среди них русских по национальности насчитывалось 145,2 млн (50,6%). При этом русский язык считали родным и свободно им владели 81,4% населения СССР и 88% населения России.
Принятая в 1977 г. Конституция характеризовала построенное в СССР «развитое социалистическое общество» как общество, «в кото¬ром на основе сближения всех социальных слоев, юридического и фак¬тического равенства всех наций и народностей возникла новая истори¬ческая общность людей советский народ». Народ провозглашался глав¬ным субъектом власти и законотворчества в стране. Декларировалось равноправие граждан вне зависимости от расовой и национальной при¬надлежности; утверждалось, что «экономика страны составляет единый народнохозяйственный комплекс»; в стране имеется «единая система народного образования». В то же время Основной Закон утверждал, что «за каждой союзной республикой сохраняется право свободного выхо¬да из СССР», каждая союзная и автономная республика имеет свою Конституцию, учитывающую их «особенности», территория республик «не может быть изменена» без их согласия, «суверенные права союзных республик охраняются Союзом ССР». Таким образом, «советский на¬род» в Конституции представал на словах единым, но реально разре¬занным на различные «суверенные» и «особенные» части. Последнее соответствовало также духу никем не отмененной Декларации прав на¬родов России, провозгласившей еще на заре советской власти (2 нояб¬ря 1917 г.) не только «равенство и суверенность народов России», но также их право «на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства».
Исследователи выделяли в единой «новой исторической общности» явно различающиеся по возможностям реализации своего суверените¬та нации, народности, этнические и национальные группы. Единого мнения об их соотношении в советское время так и не было сформиро¬вано. К примеру, утверждалось, что из 126 национальных общностей, зафиксированных переписью 1959 г., к категории наций принадлежали 35 национальностей, к народностям — 33, к национальным группам — 35, к этническим группам — 23. Из 123 общностей, выявленных перепи¬сью 1979 г., к нациям отнесены 36, народностям — 32, национальным группам — 37, этническим — 18 национальностей. Но это был лишь один из вариантов типологизации общностей; были и другие, существенно отличавшиеся от приведенного. Разные возможности для реализации жизненных интересов имели народы «титульные» и «нетитульные», национальные большинства и меньшинства.
 
Народы СССР существенно различались по темпам роста численно¬сти. Например, с 1959 по 1989 г. число эстонцев и латышей увеличилось соответственно на 3,8 и 4,2%, украинцев и белорусов — на 19 и 27%, рус¬ских и литовцев — на 27 и 31%, грузин, молдаван и армян — на 48, 51 и 66%, казахов и азербайджанцев — на 125 и 130%, киргизов и туркмен — на 161 и 172%, а узбеков и таджиков — на 178 и 202%. Все это создавало естественную озабоченность отдельных народов демографической ситу¬ацией, которая усугублялась нерегулируемой миграцией населения.
Территориальный принцип национально-государственного устрой¬ства СССР с течением времени обнаруживал все большее противоре¬чие с растущей интернационализацией состава населения «нацио¬нальных» образований.
Наглядным примером служила Российская Федерация, где в 1989 г. про¬живали 51,5% населения СССР. Общее число российских народов чаще всего обозначалось неопределенным выражением: «более ста». Республика имела сложную иерархическую систему национально-государственного и адми¬нистративного устройства. В ее состав входили 31 национально-государ¬ственное и национально-территориальное образования (16 автономных рес¬публик, 5 автономных областей, 10 автономных округов); имелся 31 народ-эпоним (народы, чьим именем названы автономные образования). При этом в четырех автономных образованиях имелось по два «титульных» народа (Кабардино-Балкария, Чечено-Ингушетия, Карачаево-Черкесия, Ханты-Мансийский автономный округ). У бурят и ненцев было по три автоном¬ных образования, у осетин — два (одно в России, другое в Грузии). Дагес¬танскую АССР населяли 26 коренных народов. Другие этносы своих терри¬ториальных национальных образований не имели. Наряду с автономными национальными образованиями РФ включала «русские» края и области без официального национального статуса. При такой ситуации среди разных народов естественным образом возникали движения за выравнивание и повышение своего «государственного» статуса или его обретение. Народы РСФСР, имевшие свои автономные образования, насчитывали 17,7 млн человек, или 12% ее населения (данные 1989 г.). Из них в пределах собственных автономных образований проживали 10,3 млн человек, 7% общей численности населения России. Другие народы, в том числе и со¬ставлявший более 80% ее населения русский народ, автономностью не рас¬полагали. Лишь 6 «титульных» этносов составляли большинство населе¬ния в своих автономиях. По существу, давшие названия большинству рос¬сийских автономий народы, были в них «титульными» меньшинствами. Многие этносы в значительной части проживали за пределами своих этно-территориальных образований: 99,4% евреев, 73% мордвы, 73% татар, 52% марийцев, 51% чувашей, 44% осетин, 40% башкир, 40% карел и т.д. 30 наци¬ональных групп общей численностью 1,3 млн человек составляли в РСФСР народы, основная масса которых жила за пределами СССР, имея там свою государственность (немцы, корейцы, поляки, греки, финны, болгары, на¬считывавшие сотни и десятки тысяч человек, а также французы, австрий¬цы, англичане и американцы, исчисляемые сотнями человек). Экстеррито¬
 
риальную автономию (национально-персональную, национально-культур¬ную) советская власть отвергала, полагая, что она противоречит принципу интернационализма и консервирует «утонченный национализм».
Противоречия в национальной сфере, созданные на разных этапах истории, спустя годы и десятилетия выходили на поверхность обществен¬ной жизни. По-прежнему давали о себе знать движения советских нем¬цев и крымских татар за восстановление утраченных в годы войны авто¬номий. Другие репрессированные народы требовали разрешения возвра¬титься к местам прежнего жительства (турки-месхетинцы, греки и др.). Недовольство условиями жизни в СССР порождало среди ряда народов (евреи, немцы, греки) движения за право эмигрировать на «историчес¬кую родину». Протестные движения, эксцессы и другие акты недоволь¬ства национальной политикой возникали и по другим поводам. Целый ряд из них можно отметить в соответствии с хронологией событий.
Так, 24 апреля 1965 г. в связи с 50-летием геноцида армян в Турции состоялось стотысячное траурное шествие в Ереване. Студенты и при¬соединившиеся к ним рабочие и служащие многих организаций шли к центру города с лозунгом «Справедливо решить армянский вопрос!». Демонстрантов разогнали с использованием пожарных машин.
8 октября 1966 г. по случаю 45-летия образования Крымской АССР прошли митинги крымских татар в узбекских городах Андижане и Бе-кабаде, 18 октября в Фергане, Кувасае, Ташкенте, Чирчике, Самаркан¬де, Коканде, Янгикургане, Учкудуке. Многие митинги были разогнаны. При этом только в Ангрене и Бекабаде 17 митинговавших были осуж¬дены за участие в «массовых беспорядках».
В марте 1967 г. в течение двух недель продолжались «абхазские со¬бытия», участники которых требовали узаконения абхазской топони¬мики в республике, предоставления привилегий представителям абхаз¬ской национальности в трудоустройстве и поступлении в высшие учеб¬ные заведения, изучения абхазского языка во всех неабхазских школах республики и даже выделения Абхазии из состава Грузии со статусом союзной республики в составе СССР. В сентябре 1967 г. в Москву при¬была группа деятелей культуры Абхазии с требованием изъять из обра¬щения изданную в Тбилиси книгу, автор которой пытался доказать, что абхазской национальности не существует, абхазы это грузины, приняв¬шие когда-то мусульманство. В результате секретарь обкома и предсе¬датель правительства Абхазии были освобождены от должностей и на их место рекомендованы абхазы. Грузинские названия и вывески на гру¬зинском языке заменены абхазскими. В Тбилисском университете были открыты отделения абхазского языка и литературы.
22 мая 1967 г. во время традиционного собрания и возложения цве¬тов к памятнику Тарасу Шевченко в Киеве задержали за участие в несан¬кционированном мероприятии несколько человек. Возмущенные люди
 
обступили милицию и скандировали: «Позор!» Позднее 200-300 участ¬ников собрания направились к зданию ЦК, чтобы выразить протест и добиться освобождения арестованных. Власти пытались остановить дви¬жение колонны водой из пожарных машин. Министр охраны обществен¬ного порядка республики был вынужден освободить задержанных.
2 сентября 1967 г. милиция рассеяла в Ташкенте многотысячную де¬монстрацию крымских татар, протестующих против разгона 27 августа двухтысячного собрания-встречи с представителями крымско-татарско¬го народа, возвратившимися из Москвы после приема их 21 июня Ю. В. Андроповым, Н. А. Щелоковым, секретарем Президиума ВС СССР М. П. Георгадзе, генеральным прокурором Р. А. Руденко. При этом были задержаны 160 человек, 10 из них осуждены. Однако 5 сентября 1967 г. был издан указ Президиума ВС, снимающий с крымских татар обвине¬ние в предательстве. Им возвращались гражданские права. Татарская мо¬лодежь получала право учиться в вузах Москвы и Ленинграда, но татар¬ские семьи не могли приезжать и селиться в Крыму. Против их возвраще¬ния возражали партизаны Крыма, но главная причина состояла в том, что Крым к тому времени был «подарен» Н. С. Хрущевым Украине.
Длительного времени потребовало преодоление последствий стол¬кновения между узбекской и русской молодежью, произошедшего в Ташкенте во время и после футбольного матча между командами «Пах-такор» (Ташкент) и «Крылья Советов» (Куйбышев) 27 сентября 1969 г. на более чем стотысячном стадионе. Неприязнь местного населения к русским была вызвана отрицательными чертами (пьянство, хулиганство, воровство, проституция), якобы принесенными в республику в 1920-е го¬ды преимущественно из Поволжья. Презрительное прозвище «самар¬ские» с тех пор укоренилось среди узбеков и перенесено на всех рус¬ских. Конфликт возник в середине матча, когда судья не засчитал гол, забитый «Пахтакором». Столкновения продолжались и после матча. В результате более тысячи человек были арестованы. Руководители рес¬публики пытались свести к минимуму информацию о масштабах экс¬цесса. Понимая всю неприглядность случая, особенно на фоне огром¬ной помощи Ташкенту из РСФСР и других союзных республик после разрушительного землетрясения 1966 г., они не хотели, чтобы инцидент расценивался как узбекский национализм.
Период 1960-1980-х годов характеризуется значительным усилени¬ем сионистских настроений среди советских евреев. Следствием «про¬буждения у молодежи еврейского сознания» был рост эмиграционных побуждений. В целях опровержения обвинений в том, что в СССР яко¬бы проводится политика государственного антисемитизма, была вы¬пущена официозная брошюра «Советские евреи: мифы и действитель¬ность» (1972). В ней отмечалось, что составлявшие менее 1% общей чис¬ленности населения страны евреи насчитывали 11,4% лауреатов
 
Ленинской премии, высшее звание Героя Социалистического Труда по¬лучили 55 человек, дважды этого звания удостоены 4, трижды — 3 пред¬ставителя этой национальности. При политике государственного анти¬семитизма такое было бы невозможно.
В 1972 г., когда в Грузии произошла смена на посту первого секрета¬ря ЦК Компартии республики, открывалась возможность для пересмот¬ра отношения ее руководства к национальной проблеме месхетинских турок. В. П. Мжаванадзе в бытность первым секретарем ЦК (1953-1972) считал невозможным их возвращение. «Во-первых, говорил он, земли месхетинцев уже заняты другими, а во-вторых, рядом граница, месхи же занимаются контрабандой, и поэтому пограничники возражают про¬тив их возвращения». Попытки руководителей КГБ и погранвойск по¬казать, что это неверная информация, не возымели действия. Э. А. Ше¬варднадзе, когда он стал первым секретарем ЦК, продолжал придержи¬ваться версии своего предшественника. В результате в Грузию смогли вернуться лишь месхетинцы, решившиеся изменить свою националь¬ность и стать грузинами по паспорту.
30 марта 1972 г. в Политбюро ЦК КПСС при обсуждении книги од¬ного из его членов П. Е. Шелеста «Украина наша советская» (1971) про¬звучало: «В этой книге воспевается казачество, пропагандируется арха¬изм», «на Украине много вывесок и объявлений на украинском языке. Ачем он отличается от русского? Только искажением последнего. Так за¬чем же это делать?». Высказывались возражения против установления гербов городов, экскурсий и туризма по старинным городам и памятным местам. А. Н. Косыгин говорил: «Создание в свое время совнархозов тоже было проявлением национализма... Непонятно, почему на Украине в шко¬лах должны изучать украинский язык?.. Севастополь испокон веков рус¬ский город. Почему и зачем там имеются вывески и витрины на украинс¬ком языке?». Можно предположить, что каждый из выступавших в глу¬бине души считал украинцев или, по крайней мере, их предков русскими. В итоге в журнале «Коммунист Украины» (1973. № 4) была опубликова¬на редакционная статья «О серьезных недостатках одной книги», было дано указание обсудить статью и книгу Шелеста на всех городских и об¬ластных активах. Книга была изъята из продажи. В апреле 1973 г. по ре¬шению пленума ЦК ее автор «пошел на отдых по состоянию здоровья».
В 1972 г. большой резонанс вызвали похороны Р. Каланты, 18-лет¬него юноши из Каунаса, совершившего 18 мая самосожжение в знак протеста против «советской оккупации Литвы». Они переросли в мас¬штабную манифестацию национального протеста. Около 400 демонст¬рантов были задержаны, а 8 из них осуждены.
В 1973 г. обострилась ситуация вокруг Пригородного района Север¬ной Осетии. 16-19 января тысячи ингушей съехались в Грозный, требуя от властей решения этой проблемы. В переданном властям заявлении
 
перечислялись факты дискриминации ингушского населения в Осетии главным образом при приеме на работу. Ингуши просили обеспечить им на территории спорного района равные с осетинами права. Демонстра¬ции и митинги продолжались несколько дней и в конце концов были ра¬зогнаны водой из брандспойтов и милицейскими дубинками.
В январе 1977 г. дело дошло до террора на национальной почве. Трое армян, являвшиеся членами подпольной «Национальной объединенной партии», приехали из Еревана в Москву, взорвали 8 января три бомбы в вагоне метро и двух продовольственных магазинах. 37 человек погибли и были ранены. После неудавшейся попытки взорвать три заряда на Курском вокзале накануне ноябрьских праздников преступники были задержаны. Характерно, что и в этом случае, чтобы не «компрометиро¬вать армянский народ», по указанию руководства Компартии Армении ни одна газета, выходившая на армянском языке, не опубликовала со¬общения о террористическом акте. Документальный фильм о процессе над террористами тоже запретили показывать. Когда же в «Известиях» появилось выступление А. Д. Сахарова, который протестовал против якобы незаконного ареста армян (он отказывался верить, что террорис¬ты могли приехать в Москву совершать убийства), К. С. Демирчян воз¬мущался: «Как смел Сахаров разглашать фамилии преступников, кто дал разрешение редакции печатать этот материал!».
На принятую новую Конституцию СССР одними из первых отклик¬нулись футбольные болельщики в Вильнюсе. 7 октября 1977 г., после победы «Жальгириса» над витебской «Двиной», а через три дня над смоленской «Искрой», несколько сотен зрителей первого футбольного матча и более 10 тыс. после второго двинулись по улицам города, вык¬рикивая: «Долой конституцию оккупантов!», «Свободу Литве!», «Рус¬ские, убирайтесь вон!». Литовская молодежь срывала плакаты к 60-ле¬тию Октября, била витрины с наглядной агитацией. Инциденты закон¬чились в первом случае задержанием 17, а во втором — 44 участников этих своеобразных демонстраций.
Противоречия в национальной сфере проявились при принятии в 1978 г. на основе Конституции СССР новых республиканских консти¬туций. Чтобы отразить процесс «сближения» наций, из проектов кон¬ституций закавказских союзных республик, по предложению Центра, исключили статьи о государственном языке. Эта «новация» вызвала волну открытого протеста со стороны студенчества и интеллигенции. Статьи пришлось сохранить, невзирая на то что их не было ни в консти¬туциях остальных союзных республик, ни в союзной Конституции.
Весной 1978 г. состоялись митинги абхазского населения в различ¬ных населенных пунктах автономной республики с требованиями при¬дания государственного статуса абхазскому языку, прекращения миг¬рации в республику грузин, отделения от Грузии и вхождения в состав
 
РСФСР. Уступкой требованиям абхазов стало включение в конститу¬цию автономной республики положения о введении в ней трех государ¬ственных языков: абхазского, русского и грузинского.
В декабре 1978 г. прошла демонстрация немцев-«отказников» в Ду¬шанбе с требованием разрешить им покинуть страну. Перед собравши¬мися выступил первый секретарь горкома и пообещал увеличить число разрешений на выезд. Обещание было выполнено.
В 1979 г. открывалась возможность решения проблемы советских немцев, выселенных в годы войны из мест своего проживания. В книге «КГБ и власть» (1995) Ф. Д. Бобков писал об этом: «Трудно было объяс¬нить, почему их права не были восстановлены после войны... В ФРГ появились центры, которые поддерживали эмиграционные настроения советских немцев... Мы же вели страусову политику, делая вид, будто проблемы вообще не существует. Дело доходило до абсурда. Например, в Казахстане проживало около миллиона немцев, изгнанных с обжитой земли в Поволжье, и этот факт пытались скрыть от советской и миро¬вой общественности. В энциклопедии Казахстана немцы даже не упо¬минались как национальность в составе населения республики... Но вот Москву собрался посетить канцлер ФРГ Аденауэр. В ЦК КПСС засуе¬тились, понимая, что советские немцы непременно будут апеллировать к нему. И тогда было принято поистине соломоново решение: из многих тысяч желающих уехать в ФРГ разрешение на выезд получили... около трехсот семей. Точно так же поступали и потом, при посещении СССР другими высокопоставленными лицами из обоих немецких государств».
Возглавляемое Бобковым управление КГБ вошло в ЦК с предло¬жением создать немецкую автономную область на территории Казах¬стана. Предложение было принято, Политбюро издало соответствую¬щее решение. Руководители республики обещали решить вопрос. Определена была территория будущей автономии, названа ее столица (г. Ерментау на востоке Целиноградской области), выбрано здание об¬кома, намечен его состав. Оставалось лишь провозгласить образование автономной области, намеченное на 15 июня. Однако утром этого дня в Целинограде состоялась манифестация казахских студентов против ре¬шения властей в Москве и Алма-Ате о создании автономии. Она прохо¬дила под лозунгами: «Казахстан неделим!», «Нет немецкой автономии!». Пришлось просить активистов автономистского движения «подождать» с провозглашением их национально-территориального образования.
Осень 1980 г. стала временем молодежных беспорядков в Эстонии. 22 сентября, после отмены выступления молодежного поп-оркестра «Про¬пеллер», назначенного на таллинском стадионе после футбольного мат¬ча, около тысячи эстонских школьников вышли на улицы с протестом против этого решения. Концерт был отменен в связи с обнаружением в текстах песен «националистических мотивов». Демонстрацию разогнала
 
милиция, нескольких старшеклассников исключили из школ. А 1 и 3 ок¬тября милиции пришлось разгонять уже более чем тысячную демонстра¬цию протеста против этих исключений. Демонстранты размахивали флаж¬ками независимой Эстонии, выкрикивали лозунги «Свободу Эстонии!», «Русские вон из Эстонии!». 7 и 8 октября последовали новые демонстра¬ции протеста в Таллине (несколько сотен участников), а 10 октября мо¬лодежные демонстрации в Тарту и Пярну. В результате из школ исклю¬чили около 100 учащихся, нескольких человек осудили за «хулиганство».
1981 г. характеризует усиление наступления властей на русские пат¬риотические силы. 28 марта Ю. В. Андропов направил в Политбюро за¬писку, в которой отмечал создание среди интеллигенции движения «ру¬систов». Русизм в записке представлялся «демагогией о необходимос¬ти борьбы за сохранение русской культуры, памятников старины, за "спасение русской нации"», которой «прикрывают свою подрывную де¬ятельность откровенные враги советского строя». Под лозунгами защи¬ты русских национальных традиций русисты, доносил глава КГБ, «по существу занимаются активной антисоветской деятельностью». Андро¬пов ставил вопрос о скорейшей ликвидации этого движения, угрожав¬шего, по его мнению, коммунистическим устоям больше, чем так назы¬ваемые диссиденты. В качестве конкретных мер предлагалось привлечь к ответственности А. М. Иванова и С. Н. Семанова, а также «осуще¬ствить профилактические мероприятия в отношении их единомышлен¬ников, не склонных к разоружению, и лиц заблуждающихся».
Результатом наступления на «русистов» было увольнение Семанова в апреле с поста главного редактора журнала «Человек и закон». В авгус¬те арестовали публициста Иванова, автора известных в патриотических кругах статей в журнале «Вече», работ «Логика кошмара» и «Рыцарь не¬ясного образа», изображающих историю компартии как цепь заговоров, переворотов, грубого насилия, задуманных и осуществленных людьми, мечтавшими только о сохранении своей личной власти. В конце 1981 г. была разгромлена редакция «Нашего современника» за публикацию ма¬териалов В. Кожинова, А. Ланщикова, С. Семанова, В. Крупина. Авторов осудили публично, редактора журнала С. В. Викулова после соответству¬ющего внушения оставили на посту, но обоих его заместителей уволили. На совещаниях в ЦК подвергались критике такие яркие книги русских писателей, как «Лад» В. Белова и «Память» В. Чивилихина.
В 1982 г. развалили саратовский журнал «Волга». Поводом послу¬жила статья М. Лобанова «Освобождение», написанная по поводу ро¬мана М. Алексеева «Драчуны», где рассказывалась правда о голоде 1933 г. в Поволжье. В статье впервые в публицистике осмысливались масштабы и причины народной трагедии раскрестьянивания. Публика¬ция была осуждена специальным решением Секретариата ЦК. Главно¬го редактора Н. Е. Палькина уволили. Журнал захирел. Осенью 1983 г. в
 
«Литературной газете» и «Вопросах литературы» начались нападки на ученых, изучающих творчество русских философов B. C. Соловьева, Н. Ф. Федорова, П. А. Флоренского. Получили строгие взыскания из¬датели книги выдающегося русского философа А. Ф. Лосева. Во время преследований «русистов» власти помиловали (апрель 1983 г.) аресто¬ванных годом ранее диссидентствующих «еврокоммунистов» (А. Фа-дин, П. Кудюкин, Ю. Хавкин и др.) из Института мировой экономики и международных отношений, которым руководил либеральный акаде¬мик Н. Н. Иноземцев, а в 1983-1985 гг. А. Н. Яковлев.
Осенью 1981 г. случились крупные беспорядки в столице Северной Осетии. Волнения начались 24 октября, во время похорон в Орджони¬кидзе таксиста-осетина, убитого двумя ингушами, выпущенными на свободу через три дня после убийства за выкуп в миллион рублей. Уча¬стники похоронной процессии организовали митинг и захватили зда¬ние обкома. К вечеру порядок на площади был восстановлен силами курсантов местного военного училища. На следующий день столкнове¬ния митингующих (более 10 тыс. человек) с силами правопорядка рас¬пространились по всему городу. За три дня беспорядков задержано бо¬лее 800 человек, 40 из них были осуждены. Первый секретарь обкома КПСС Б. Е. Кабалоев снят с должности.
К концу рассматриваемого периода после нескольких довольно спо¬койных лет произошло крупное волнение на этнической почве в столи¬це Таджикистана Душанбе.


 
След. »

Наши друзья
Будут предприятия - будет и рынок. Лучшие фото с интересными людьми. Астрология хороша и для спорта, и для здоровья. В сексе язык вовсе не лишний. Можно ли положить карты таро в столбик? Искусство кино связано с дизайном и рекламой. У США сломалось шасси.