Главная arrow Всё arrow История России arrow История России 
Все |0-9 |A |B |C |D |E |F |G |H |I |J |K |L |M |N |O |P |Q |R |S |T |U |V |W |X |Y |Z

Всё История России История России

История России 1917-2009

Оглавление
История России 1917-2009
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
Страница 123
Страница 124
Страница 125
Страница 126
Страница 127
Страница 128
Страница 129
Страница 130
Страница 131
Страница 132
Страница 133
Страница 134
Страница 135
Страница 136
Страница 137
Страница 138
Страница 139
Страница 140
Страница 141
Страница 142
Страница 143
Страница 144
Страница 145
Страница 146
Страница 147
Страница 148
Страница 149
Страница 150
Страница 151
Страница 152

§ 4. Демонтаж союзной государственности. Конец августа — декабрь 1991
Политический кризис 19-21 августа 1991 г. К середине 1991 г. деструк¬тивные процессы в стране развивались столь интенсивно, что для восстановления элементарной управляемости обычных мер было уже недостаточно. И это осознавали все политические силы. За право вывода страны из кризиса боролись два четко обозначившихся цен¬тра политической власти: союзное руководство, за вычетом Горба¬чева, и российские лидеры. На бескомпромиссность противостоя¬ния повлияло то, что за каждым из них стояли не просто личност¬ные амбиции, а различные представления о путях экономического, политического и национально-государственного развития страны. Первые выступали за социалистический выбор, развитие системы Советов, сохранение единого государства в рамках СССР. Вторые заявляли о приверженности либеральным подходам в экономике, о необходимости изменения советской системы, считали возможным осуществить это лишь в рамках конфедеративного союза государств. Высшие руководители СССР резко возражали против намеченного
на 20 августа подписания текста Союзного договора. Потерпев неудачу
 
в попытках убедить Горбачева внести в его текст необходимые измене¬ния, они решили действовать самостоятельно. В отсутствие Президен¬та СССР (он находился на отдыхе в Крыму) 18 августа на одном из «объектов» КГБ в Москве был создан Государственный комитет по чрез¬вычайному положению (ГКЧП). В его состав вошли О. Д. Бакланов (пер¬вый заместитель председателя Совета Обороны СССР), В. А. Крючков (Председатель КГБ СССР), В. С. Павлов (Премьер-министр СССР), Б. К. Пуго (министр внутренних дел СССР), В. А. Стародубцев (пред¬седатель Крестьянского союза СССР), А. И. Тизяков (президент Ассо¬циации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР), Д. Т. Язов (министр оборо¬ны СССР), Г. И. Янаев (вице-президент СССР). Состав комитета дол¬жен был продемонстрировать единство высших органов власти и основ¬ных социальных групп в их озабоченности судьбой Союза. Прервал свой отпуск и вернулся в Москву Председатель Верховного Совета СССР
A.    И. Лукьянов, который, однако, в состав ГКЧП не вошел.
Утром 19 августа был обнародован указ вице-президента Г. И. Яна-ева, в котором сообщалось о «невозможности» Горбачевым выполнять обязанности президента «по состоянию здоровья» и о вступлении в дол¬жность главы государства самого Янаева. Вторым документом было «Заявление советского руководства», подписанное Г. И. Янаевым,
B.    С. Павловым и О. Д. Баклановым, о том, что в отдельных местностях СССР на срок 6 месяцев с 19 августа вводится чрезвычайное положе¬ние, осуществлять режим которого был призван ГКЧП. Третий доку¬мент — «Обращение к советскому народу», где впервые на столь высо¬ком уровне констатировалось, что «начатая по инициативе М. С. Горба¬чева политика реформ... зашла в тупик» и анализировались причины, вызвавшие «безверие, апатию и отчаянье», потерю доверия к власти и неуправляемость страны. В числе главных причин называлось «возник¬новение экстремистских сил, взявших курс на ликвидацию Советского Союза и захват власти любой ценой». Документ едва ли не впервые в советской истории не содержал призывов защищать социализм, в нем даже не встречались прилагательные «коммунистический» и «социа¬листический». Апелляция к патриотическим чувствам была призвана подчеркнуть критичность момента, консолидировать всех государствен-нически настроенных граждан СССР, независимо от их политических симпатий.
В четвертом документе — «Постановление ГКЧП № 1» — перечис¬лялся комплекс первоочередных для исполнения мер: незамедлитель¬ное расформирование структур власти и управления, военизированных формирований, противоречащих Конституции СССР и законам СССР, подтверждение недействительности законов и решений, противореча¬щих Конституции и законам СССР, приоритет общесоюзного законо¬
 
дательства; приостановка деятельности политических партий, обще¬ственных организаций и массовых движений, препятствующих норма¬лизации обстановки. Далее следовал перечень необходимых действий по охране общественного порядка и безопасности государства, обще¬ства и граждан; мер, не допускающих проведения митингов, уличных шествий и демонстраций, а также забастовок; по установлению контро¬ля над средствами массовой информации, наведению порядка и дисцип¬лины во всех сферах жизни общества; своевременной уборке урожая и удовлетворению первостепенных социальных нужд. В заключение ав¬торы обращались ко всем здоровым политическим силам с призывом объединиться, чтобы «положить конец нынешнему смутному времени». Правотворчество ГКЧП подкреплялось вводом в столицу войск (4 тыс. солдат и офицеров) и бронетехники.
Российское руководство, против которого преимущественно была направлена активность ГКЧП, оперативно, продуманно и комплексно отреагировало на эти действия. Во-первых, была развернута мощная информационная кампания. На одно из центральных мест вышла тема «заботы» о Президенте СССР и его здоровье, что должно было сфоку¬сировать внимание на сомнительности повода отстранения Горбачева от должности. В общественном сознании удалось демонизировать ГКЧП, назвав в первый же день происходящее «путчем хунты», что вызывало ассоциации с образами кровавых диктаторов и правового беспредела. Во-вторых, российские руководители призвали под стены «Белого дома» (резиденцию ВС и Правительства РСФСР) своих сторонников и ста¬рались на протяжении всего периода противостояния сохранять «жи¬вое кольцо» (по разным сведениям, там находилось от 4 до 90 тыс. «за¬щитников»). Это было важным сдерживающим фактором, поскольку обе противостоящие стороны понимали политические последствия воз¬можного кровопролития. В-третьих, Б. Н. Ельцин, отталкиваясь от идеи утраты легитимности союзным руководством в связи с «совершением государственного преступления», подписал серию указов, которыми переподчинил себе все органы исполнительной власти СССР, находя¬щиеся на территории РСФСР, в их числе — подразделения КГБ, МВД и МО СССР. Он принял также на себя полномочия командующего Воо¬руженными силами СССР на территории РСФСР.
Противостояние между сторонниками ГКЧП и российских властей происходило лишь в центре столицы. Руководители других союзных республик, а также областей и краев России, чаще проявляли сдержан¬ность, ограничиваясь принятием документов, в которых выражалась готовность следовать Конституции СССР, российским законам и осуж¬далось введение чрезвычайного положения.
Анализ событий 19-21 августа 1991 г. показывает, что на их исход повлияли не столько силовые факторы или правовая обоснованность
 
позиций сторон, сколько чувство политической ситуации, умение со¬брать в нужный момент и в нужном месте своих сторонников и поста¬вить противника в такие условия, в которых даже численное или сило¬вое превосходство не принесет ему победу.
Одна из главных целей ГКЧП состояла в том, чтобы «надавить» на российское руководство, заставить сесть за стол переговоров и сформу¬лировать приемлемые для сохранения СССР и вывода страны из кри¬зиса условия будущего Союзного договора. При этом его лидеры не без оснований рассчитывали на неприятие большинством населения М. С. Горбачева и отсутствие массовой устойчивой политической базы у Ельцина, а также на подвластные им, союзным руководителям, КГБ, МВД и армии. Однако они недооценили информационно-политичес¬кую и организационную «отмобилизованность», бескомпромиссность позиции, готовность оппонентов идти «до конца», а также неприятие населением военного вмешательства.
Тбилисский, бакинский и вильнюсский «синдромы», когда армия использовалась против экстремистов, но была подвергнута хуле за то, что было поднято оружие против «мирного населения», затрудняли и даже делали практически невозможным ее привлечение для активных действий в Москве. Но в тех случаях применению Вооруженных сил все же предшествовали крупные провокации, в столице все приобрета¬ло вид «верхушечной разборки». В ГКЧП победила позиция тех, кто предлагал привлечь армию для оказания психологического давления. Как позже говорил маршал Д. Т. Язов, он согласился войти в Комитет с твердой оговоркой, что армии будет отведена роль пассивной давящей силы. Нежелание силовых структур (армии, КГБ, МВД) участвовать в политических «разборках», активное неприятие ГКЧП рядом высоко¬поставленных военных во многом предрешило исход начавшегося 19 ав¬густа противостояния.
В ночь с 20 на 21 августа произошел инцидент, которому было сужде¬но оказать значительное влияние на развитие политической ситуации. При странных обстоятельствах погибли три молодых человека из числа «защитников» Белого дома. Последовавшее позже расследование этих событий показало, что случившееся было, скорее, даже не несчастным случаем, а результатом заранее продуманной провокации. Тем не менее факт пролития крови «мирных» жителей находящимися в подчинении ГКЧП военными стал последней каплей, которая предрешила конец ко¬лебаний и без того неустойчивых сторонников Комитета, позволив рос¬сийскому руководству начать развернутое политическое наступление на своих противников и одержать полную и безоговорочную победу.
Утром 21 августа Коллегия Министерства обороны СССР высказа¬лась за вывод войск из Москвы и отмену повышенной готовности; ми¬нистру обороны было рекомендовано без промедления выйти из ГКЧП.
 
Наиболее определенно за это выступали главкомы: ВВС — Е. И. Ша¬пошников; ракетных войск стратегического назначения — Ю. П. Мак¬симов и ВМФ — В. Н. Чернавин. С ними солидаризировались и замес¬тители Язова. К Москве к этому времени подошли новые воинские час¬ти, которые, однако, не были введены в столицу.
События 19-21 августа можно было рассматривать и как проявле¬ние острого политического кризиса, и как попытку государственного переворота. Многое зависело от позиции Горбачева, которая не была ясна ни для одной из конфликтующих сторон. Поэтому решающим в проти¬востоянии между ГКЧП и российским руководством на завершающем этапе политического кризиса 19-21 августа 1991 г. стал вопрос о том, кто первый встретится с Горбачевым и «перетянет» его на свою сторону. В Форос к Горбачеву почти одновременно прибыли и сторонники ГКЧП, и представители российского руководства во главе с вице-президентом
A.    В. Руцким. Горбачев сделал свой выбор, он отказался принять «заго¬ворщиков» и поздним вечером 21 августа вернулся в Москву в окруже¬нии «победителей». Там же, во Внуково, по распоряжению Генерально¬го прокурора России В. Г. Степанкова были задержаны и изолированы
B.    А. Крючков, Д. Т. Язов и А. И. Тизяков. В последующие дни к ним присоединили других активных участников событий.
Кризис 19-21 августа перевел латентный процесс дезинтеграции СССР в открытую форму, положив начало новому периоду (до конца 1991), основным содержанием которого стал последовательный демон¬таж союзных структур.
Ликвидация государственно-политических структур СССР. После ав¬густовского кризиса сложилась ситуация, когда принимаемые ли¬дерами решения определялись не Конституцией и законами СССР, а реальным соотношением сил и по-разному понимаемой «полити¬ческой целесообразностью». Республиканские органы власти дей¬ствовали уже без оглядки на союзный Центр. Выступление ГКЧП стало удобным поводом для отказа от серьезных интеграционных предложений. С конца августа начался набиравший все большие темпы демонтаж союзных политических и государственных струк¬тур. На этом основании некоторые историки полагают, что в дей¬ствительности Советский Союз «умер» сразу после августа, продол¬жая формально существовать до конца года.
Со 2 по 5 сентября 1991 г. в Москве работал V (внеочередной) съезд народных депутатов, который политически и юридически закрепил по¬сткризисную ситуацию. Из документов съезда следовало, что действо¬вавшая Конституция СССР утратила силу. Объявлялось вступление страны в переходный период, окончание которого связывалось с при¬нятием новой конституции и выбором новых органов власти. В рамках
 
этого переходного периода предлагалось подготовить и подписать все¬ми желающими республиками Договор о союзе суверенных государств, в котором каждая из них сможет самостоятельно определить формы своего участия. Выступавшие руководители просили поддержать наме¬рение их республик вступить в ООН и стать полнокровными субъекта¬ми международного права.
Несмотря на оптимизм лидеров, у многих делегатов складывалось ощущение, что они присутствуют на собрании обреченных, на «похоро¬нах Союза». И действительно, съезд принял конституционный Закон «Об органах государственной власти и управления Союза в ССР в пе¬реходный период». Он предусматривал «прекращение деятельности» высших органов государственной власти СССР — Съезда и Верховного Совета, обладавших правом принятия общих для всех республик зако¬нов. В соответствии с законом, был создан Госсовет СССР с участием Президента СССР и высших должностных лиц республик, которому на неопределенный по времени «переходный период» передавались реаль¬ные функции управления. Оценивая происходящее, Президент России заявил, что наступает конец длившейся больше года между республи¬ками и союзным центром «холодной войне».
Создание Госсовета СССР легализовало положение, существовав¬шее с конца апреля 1991 г., когда начался «новоогаревский процесс». Именно тогда важнейшие вопросы будущего Союза стали обсуждаться за закрытыми дверями в узком кругу высших руководителей респуб¬лик, которые далеко не всегда информировали о происходившем на пе¬реговорах представительные органы. На практике Госсовет стал не ор¬ганом «для согласованного решения вопросов внутренней и внешней политики, затрагивающих общие интересы», как декларировалось из¬начально, а институтом, в рамках которого оформляли свое движение к полной независимости почувствовавшие «вкус свободы» республики.
23 августа 1991 г., Б. Н. Ельцин подписал Указ «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР», положения которого позднее развиты в серии других актов и привели к фактическому запре¬щению КПСС. Основанием для подготовки указа послужила уверен¬ность в том, что КП РФ поддержала совершивший государственный переворот ГКЧП. МВД и прокуратура РСФСР получили поручение «провести расследование фактов антиконституционной деятельности компартии РСФСР». Согласно Указу Президента РСФСР от 25 сен¬тября «Об имуществе КПСС и Коммунистической партии РСФСР» все партийное движимое и недвижимое имущество, включая денежные и валютные счета, становилось государственной собственностью России. В тот же день Горбачев объявил о сложении с себя обязанностей Гене¬рального секретаря и призвал партию самораспуститься. Эти события вызвали цепную реакцию в союзных республиках. До конца августа де¬
 
ятельность компартий была приостановлена в Белоруссии, Грузии, Кир¬гизии, Эстонии; компартии запрещены на Украине, в Молдавии, Литве. Процесс «департизации» республик в основном завершился к середине сентября 1991 г.
Одним из компонентов демонтажа союзных структур стало назна¬чение на высшие должности СССР только лиц, которых поддерживало российское руководство. Горбачев был лишен права самостоятельно подбирать людей по своему усмотрению. «У нас уже есть горький опыт, август нас многому научил, поэтому, прошу вас, теперь любые кадровые изменения — только по согласованию со мной», — заявил ему российс¬кий президент после возвращения того из Фороса. Определился и глав¬ный критерий выдвижения на ключевые должности: отношение к ГКЧП и степень поддержки российского руководства в августовские дни 1991 г. Шанс на назначение получали лишь те, кто активно выступил на сторо¬не Белого дома, «нейтральные» кандидатуры не рассматривались.
25 августа указом Горбачева был ликвидирован Совет Министров СССР. Вместо него создан Комитет оперативного управления народ¬ным хозяйством, который возглавил российский премьер И. С. Силаев. Создание Комитета и назначение его руководства обозначили еще одну важную послеавгустовскую тенденцию — перевод союзных структур под управление российских органов власти. Тем самым преодолевалось «дво¬евластие», существовавшее на территории республики более года. До конца 1991 г. под юрисдикцию России перешли органы гражданской и военной прокуратуры, Министерство финансов и Госплан СССР.
24 августа 1991 г. ВС УССР провозгласил Украину независимым демократическим государством, заявив, что с этого момента действую¬щими на территории являются лишь Конституция, законы, постанов¬ления и другие акты республики. В тот же день о своей независимости заявила Белоруссия, 27 августа это сделала Молдавия, 30 — Азербайд¬жан, 31 — Киргизия и Узбекистан. Грузинский лидер З. Гамсахурдиа выступил с требованием, чтобы мировое сообщество фактически и юри¬дически признало независимость Грузии. Верховные Советы Латвии, Литвы и Эстонии еще 20-21 августа объявили о своей независимости и восстановлении конституций, действовавших до 1940 г. Независимость трех последних Россия признала уже 24 августа.
В августе-ноябре 1991 г. развернулось реформирование КГБ. Оно шло по двум направлениям. Первое — дезинтеграция, раздробление КГБ на ряд самостоятельных ведомств и лишение его монополии на все виды деятельности, связанные с обеспечением безопасности. Предполагалось «разорвать комитет на части» (В. В. Бакатин), которые, находясь в пря¬мом подчинении главе государства, конкурировали и уравновешивали бы друг друга. Второе направление — децентрализация или вертикаль¬ная дезинтеграция, предоставление полной самостоятельности рес¬
 
публиканским органам безопасности в сочетании с главным образом ко¬ординирующей работой межреспубликанских структур.
Уже в августе КГБ был лишен нескольких десятков тысяч войск специального назначения. Служба охраны преобразована в Управление охраны при аппарате Президента СССР. 29 августа произошло выделе¬ние из КГБ комплекса управлений, отвечавших за правительственную связь, шифровку и радиоэлектронную разведку. На их базе создан Ко¬митет правительственной связи при Президенте СССР. После этих, срав¬нительно небольших по масштабам, структурных изменений дошла оче¬редь и до самых крупных подразделений Комитета — разведки, контр¬разведки, пограничных войск.
11 сентября вместо Коллегии КГБ создан Координационный совет в составе председателей комитетов республик. Республиканские орга¬ны власти получили право самостоятельно назначать председателей своих комитетов, которые фактически становились автономными ру¬ководителями с большими полномочиями. Одна из главных проблем, связанных с децентрализацией, решалась при создании самостоятель¬ной службы безопасности РСФСР. Здесь особенность ситуации была связана с тем, что КГБ Союза лишался «своей» территории и становил¬ся сугубо координирующей структурой. Это привело к тому, что еще до формальной ликвидации КГБ СССР характер его отношений с респуб¬ликанскими комитетами стал определяться двусторонними соглашени¬ями, в которых фиксировались компетенция и объем делегируемых в Центр функций.
К началу декабря большинство союзных структур были либо лик¬видированы, либо поделены, либо перешли под юрисдикцию России, либо были просто дезорганизованы. Как отмечал в начале декабря 1991 г., С. М. Шахрай, к тому моменту «юридически и фактически су¬ществование Союза не может быть доказано».
«Ново-Огарево-2» и юридическое оформление распада СССР. В цен¬тре внимания созданного по решению V съезда народных депутатов СССР Госсовета находились вопросы, касавшиеся возможной фор¬мы объединения союзных республик. Эти дискуссии, как и ранее, проходили в Ново-Огарево. Только главную роль в них играли Рос¬сия и Украина. За время своего существования (сентябрь — ноябрь) Госсовет провел 7 заседаний.
После августа сторонники сохранения Союза считали, что на под¬писание экономического договора республики пойдут быстрее и охот¬нее, чем на заключение политического соглашения. Именно поэтому во второй половине сентября — первой половине октября особенно много внимания уделялось этому сюжету.
Ответственный за разработку документа Г. А. Явлинский полагал, что главная задача Экономического союза состоит в консолидации усилий
 
суверенных государств с целью образования общего рынка и проведения согласованной экономической политики как непременного условия пре¬одоления кризиса. При этом он подчеркивал, что вступление в него не обусловливается подписанием договора о Союзе Суверенных Государств.
18 октября 1991 г. Президент СССР и руководители 8 республик (без Украины, Молдавии, Грузии и Азербайджана) подписали в Кремле Договор об экономическом сообществе суверенных государств. Исходя из факта разрушенности прежнего государства, он предполагал «доде¬лить» союзную собственность, ликвидировать общий центральный банк и допускал введение собственных национальных валют. Для того что¬бы договор действовал, были необходимы примерно 20 дополнитель¬ных соглашений по конкретным сферам экономики. Они, однако, в луч¬шем случае могли быть подготовлены и ратифицированы только через четыре месяца. В условиях острого экономического кризиса это делало весь договор декларативным документом. Республики крайне подозри¬тельно относились к возможности создания наднациональных органов управления, что изначально ставило под сомнение реализацию всех до¬говоренностей.
М. С. Горбачев осознавал, что воплощение статей экономического договора в жизнь будет упираться в нерешенность проблемы государ¬ственности, проблемы нового Союза. Поэтому параллельно с подготов¬кой экономического соглашения велись интенсивные консультации о будущем Союзном договоре. С начала сентября 1991 г. разработкой его проекта занимались преимущественно представители союзных и россий¬ских властей, причем тон задавали последние. Первоначально Горбачев настаивал на формуле «союзное государство» с общей Конституцией и прямыми выборами общего президента. Но ему не удалось отстоять эти позиции: в итоговом новоогаревском проекте 14 ноября будущее объеди¬нение определялось как «конфедеративное демократическое государ¬ство». В этом государстве не предусматривалась конституция, однако предполагались выборы (через выборщиков) президента; на два года из¬бирался двухпалатный парламент (и от республик, и от округов); были пункты о правительстве и даже о столице, которую первоначально «рос¬сияне» обозначили как «место пребывания союзных органов».
Заседание Госсовета 14 ноября закончилось на оптимистической ноте. Достигнута была договоренность начать парафирование нового Договора 25 ноября 1991 г. Но подписания документов в этот день не состоялось. Российская делегация предложила вернуться к согласован¬ному уже тексту проекта нового Союзного договора и снять формули¬ровку о «конфедеративном демократическом государстве», оставив «конфедерацию независимых государств». В качестве предлога для этого демарша была названа позиция Верховного Совета, который не был го¬тов ратифицировать ранее оговоренный вариант. Кроме того, Ельцин
 
заявил, что «подписание Договора без Украины — бесполезное дело», и предложил «подождать Украину», пока там 1 декабря не пройдет рефе¬рендум.
В этот день 90,32% от принявших участие в голосовании высказа¬лись за независимость республики, а Л. М. Кравчук был избран прези¬дентом. 2 декабря ее признала Россия, а 3 декабря, в разговоре с амери¬канским президентом Дж. Бушем, Кравчук сообщил, что в ближайшие дни состоится встреча лидеров славянских республик в Минске. 5 де¬кабря 1991 г. Кравчук был приведен к президентской присяге, а Верхов¬ный Совет Украины принял «Послание к парламентам и народам всех стран», где было, сказано, в частности, что Договор об образовании СССР 1922 г. утратил силу.
8 декабря 1991 г. Председатель Верховного Совета Республики Бе¬ларусь С. С. Шушкевич, Президент РСФСР Б. Н. Ельцин и Президент Украины Л. М. Кравчук в местечке «Белая Вежа» под Минском подпи¬сали «Соглашение о создании Содружества Независимых Государств», в преамбуле которого заявлялось, что «Союз ССР как субъект между¬народного права и геополитическая реальность прекращает свое суще¬ствование». Однако формально Союз продолжал существовать, так как о выходе из него не заявили другие республики, согласно Конституции являвшиеся соучредителями единого государства наравне с Россией, Украиной и Белоруссией. Поэтому, с международно-правовой точки зрения, СССР перестал существовать 21 декабря 1991 г., когда в Алма-Ате к Беловежскому договору об образовании СНГ на правах учредите¬лей присоединились еще восемь республик.


 
След. »

Наши друзья
Будут предприятия - будет и рынок. Лучшие фото с интересными людьми. Астрология хороша и для спорта, и для здоровья. В сексе язык вовсе не лишний. Можно ли положить карты таро в столбик? Искусство кино связано с дизайном и рекламой. У США сломалось шасси.