Главная arrow Всё arrow История России arrow История России 
Все |0-9 |A |B |C |D |E |F |G |H |I |J |K |L |M |N |O |P |Q |R |S |T |U |V |W |X |Y |Z

Всё История России История России

История России 1917-2009

Оглавление
История России 1917-2009
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
Страница 123
Страница 124
Страница 125
Страница 126
Страница 127
Страница 128
Страница 129
Страница 130
Страница 131
Страница 132
Страница 133
Страница 134
Страница 135
Страница 136
Страница 137
Страница 138
Страница 139
Страница 140
Страница 141
Страница 142
Страница 143
Страница 144
Страница 145
Страница 146
Страница 147
Страница 148
Страница 149
Страница 150
Страница 151
Страница 152

Глава V
ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА



§ 1. Начальный период. 22 июня 1941—19 ноября 1942
Гитлеровское вторжение. Германия напала на Советский Союз на рас¬свете воскресного дня 22 июня 1941 г. На основных участках совет¬ско-германской границы немецкие войска начали боевые действия в 3 ч 15 мин. Через 15 минут в Генштаб РККА стали поступать свод¬ки о бомбардировках советских городов Украины и Белоруссии. С первыми залпами немецкой артиллерии началось осуществление плана «Барбаросса», предусматривавшего исчезновение СССР с карты мира через считанные недели.
Планируя блицкриг, верховное командование немецких вооружен¬ных сил намеревалось достичь линии Астрахань — Архангельск «мак¬симум через 70 дней» после начала военных действий. Согласно доку¬ментам, фигурировавшим на процессе главных немецких военных пре¬ступников в г. Нюрнберге, поверженный СССР предполагалось расчленить на 7 государств. «Великороссию» намечалось максимально ослабить «полным упразднением еврейско-большевистского управле¬ния». Громадная часть коренного населения обрекалась на смерть. Гит¬лер требовал расстреливать «каждого, кто посмеет поглядеть на немца косо». Полагались и на голод, который, по словам генерал-фельдмар¬шала Г. Рундштедта, «действует гораздо лучше, чем пулемет, особенно среди молодежи».
Планировалось также в ближайшие 30 лет выселить с территории Польши, Чехословакии и западных районов СССР более 50 млн чело¬век, а на эти территории переселить 10 млн немцев, которых оставались бы обслуживать 14 млн коренных жителей. Значительную часть насе¬ления Литвы, Латвии и Эстонии предполагалось переместить в цент¬ральные районы России. Новые Балтийские провинции рейха намеча¬лось заселить народами германской расы, «очищенными от нежелатель¬ных элементов» — поволжскими немцами, датчанами, норвежцами, голландцами, англичанами.
Центральное место в планах составляли «соображения» о политике по отношению к русскому народу. «Речь идет не только о разгроме госу¬дарства с центром в Москве, — говорилось в одном из дополнений к плану Ост, — достижение этой исторической цели никогда не означало бы полного решения проблемы. Дело заключается скорей всего в том,
 
чтобы разгромить русских как народ, разобщить их... Важно, чтобы на русской территории население в своем большинстве состояло из людей примитивного полуевропейского типа. Считалось, что их обучение ог¬раничивалось бы тем, чтобы они запомнили дорожные знаки, выучили таблицу умножения «до 25», и научились подписывать свою фамилию.
Все планы в отношении СССР держались в тайне. Выступая на со¬вещании по вопросам реорганизации Восточных областей 16 июля 1941 г., Гитлер говорил: «Мы не должны опубликовывать действитель¬ные наши цели, но мы должны точно знать, чего мы хотим. Надо дей¬ствовать так, как мы действовали в Норвегии, Дании, Бельгии и в Гол¬ландии. Мы объявим, что мы вынуждены оккупировать, управлять и умиротворять, что это делается для блага населения; что мы обеспечи¬ваем порядок, сообщение, питание. Мы должны изображать себя осво¬бодителями. Никто не должен догадываться, что мы подготавливаем окончательное устройство, но это не помешает нам принимать необхо¬димые меры — высылать, расстреливать — и эти меры мы будем прини¬мать. Мы будем действовать так, как будто мы здесь только временно. Но мы-то хорошо будем знать, что мы никогда не покинем этой стра¬ны».
Бомбардировка советских городов началась до предъявления гер¬манской декларации об объявлении войны. Германский посол в Москве Ф. Шуленбург вручил ее наркому В. М. Молотову. В Берлине соответ¬ствующий документ был вручен министром И. Риббентропом совет¬скому послу В. Г. Деканозову. Сталин был извещен о начале войны в 3 ч 15 мин, с 5 ч он начал обсуждение ситуации с Берией, Молотовым, Маленковым, Жуковым и Тимошенко. Другие члены высшего руковод¬ства СССР узнали о войне и германской декларации по прибытии (5 ч 45 мин) в кабинет Сталина в Кремле. Действия немецкой стороны представлялись в декларации превентивными мерами (слово «война» не использовалось). Впоследствии эта фашистская позиция неизменно воспроизводилась политиками и историками, пытающимися обелить величайшее преступление XX в., придать нападению на СССР хотя бы какую-то видимость морального оправдания. В действительности Гер¬мания не усматривала никакой угрозы со стороны Советского Союза. Гитлер был уверен, что «русские не нападут еще сто лет».
Решение о вторжении принято не потому, что СССР угрожал Гер¬мании, а потому, что гитлеровцам представлялось нетрудным реализо¬вать свой план. В заявлении фюрера, зачитанном по немецкому радио министром пропаганды Й. Геббельсом в 7 ч утра, утверждалось, что опас¬ность с Востока может быть быстро устранена. Если для разгрома Фран¬ции, армия которой считалась сильнейшей в мире, потребовалось шесть недель, то для того, чтобы покончить с Россией, усилий понадобится еще меньше. Экономическую систему России Гитлер представлял как
 
находящуюся в состоянии хаоса, коммунистическую диктатуру — не¬навидимой народами страны. Руководитель прессы Третьего рейха Г. Фриче на Нюрнбергском процессе в 1946 г. говорил, что «никаких ос¬нований к тому, чтобы обвинить Советский Союз в подготовке военно¬го нападения на Германию, у нас не было».
Внезапность нападения вызвала явное замешательство руководства СССР. В Кремле обсуждалась возможные пути предотвращения даль¬нейшего военного развития событий. В директиве Главного военного совета СССР, направленной в войска начальником Генерального штаба РККА генералом армии Г. К. Жуковым через 15 мин после трансляции речи Гитлера, предписывалось «обрушиться на вражеские силы и унич¬тожить их в районах, где они нарушили советскую границу», но «грани¬цу не переходить».
До середины дня советский народ оставался в неведении о начав¬шейся войне. Председатель СНК И. В. Сталин отказался выступить с обращением к стране. Видимо, он чувствовал вину за тяжкий просчет и внезапность нападения бывшего союзника. Только в полдень 22 июня В. М. Молотов объявил собравшимся у радиоприемников и громкого¬ворителей о том, что «сегодня в четыре часа утра без предъявления ка¬ких-либо претензий к Советскому Союзу и без объявления войны гер¬манские войска напали на нашу страну». Призвав советский народ дать решительный отпор агрессору, Молотов закончил лаконичное выступ¬ление словами, ставшими программными для всех дней войны: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».
В первые же дни в войну против СССР на стороне Германии всту¬пили Румыния, Финляндия, Италия; в июле к ним присоединилась Вен¬грия. Военные действия на границе с Финляндией начались 29 июня, на границе с Румынией — 1 июля. В войне против СССР участвовали также части, укомплектованные гражданами Албании, Бельгии, Дании, Испании, Люксембурга, Нидерландов, Норвегии, Польши, Сербии, Франции, Хорватии, Чехии, Швеции. Помимо того, в конце войны в вермахте насчитывалось почти 500 тыс. иностранцев, главным образом немцев, проживавших ранее вне территории Германии.
Вооруженные силы Германии перед нападением на Советский Союз насчитывали 8,5 млн человек. К западным границам СССР были выд¬винуты 153 дивизии и 2 бригады. Кроме того, там приводились в бое¬вую готовность 29 дивизий и 16 бригад союзников Германии. Всего в восточной группировке противника насчитывалось 5,5 млн человек, 47,2 тыс. орудий и минометов, 4,3 тыс. танков, 5 тыс. боевых самолетов.
Им противостояли советские войска в западных военных округах численностью 2,9 млн человек (60,4% личного состава армии и флота). Кроме того, в формированиях других ведомств, состоявших на доволь¬ствии в наркомате обороны, находилось около 75 тыс. человек. Еще
 
805,3 тыс. военнообязанных было в войсках на «больших военных сбо¬рах». С объявлением мобилизации 22 июня они были включены в спи¬сочную численность войск. Войну восприняла на себя в основном мо¬лодежь 1919-1921 годов рождения, находившаяся на действительной военной службе, выпускники школ 1938-1941 годов.
Объявленная в первый день войны мобилизация резервистов 1905¬1918 годов рождения, в возрасте от 23 до 36 лет, позволила уже к июлю пополнить армию на 5,3 млн человек. 10 августа 1941 г. для восполне¬ния боевых потерь, а также для создания резервов, были мобилизованы военнообязанные 1890-1904 гг. и призывники 1922-1923 годов рожде¬ния. Летом 1942 г. в армию ушли призывники 1924 года рождения, в январе 1943 г. была призвана молодежь 1925 года рождения. В том же году с 25 октября по 15 ноября прошел призыв родившихся в 1926 г. С 15 по 30 ноября 1944 г. в СССР развернулся последний призыв воен¬ных лет, охвативший юношей 1927 года рождения. От призыва за годы войны было освобождено 20-25% мужчин в возрасте от 18 до 55 лет (по наличию брони, инвалидности, политическим и националоьным признакам).
11 апреля 1942 г. ГКО принял постановление, согласно которому за период с 15 апреля по 15 мая 1942 г. предстояло мобилизовать 35 тыс. детей переселенцев (бывших кулаков) призывного возраста, а с апреля по октябрь 1942 г. в районах спецпоселений было мобилизовано еще 61 тыс. человек. С октября 1942 г. члены семей переселенцев, призван¬ных в Красную Армию, снимались с учета трудссылки и освобождались от 5% отчислений с их зарплаты на содержание административно-управленческого апппарата трудссылки. Источником пополнения ар¬мии были также бывшие заключенные (за исключением отбывавших сроки по «политическим» статьям). Всего за годы войны в действую¬щую армию было переведено из лагерей и колоний свыше 1 млн заклю¬ченных. Многие из них с честью выполнили свой долг перед Родиной. Помимо советских граждан в 1941-1942 гг. из лагерей освобождены 43 тыс. поляков, 10 тыс. чехов и словаков, направленных в национальные части.
За все годы войны в армию и для работы в промышленности были мобилизованы, с учетом уже служивших к началу войны и ушедших воевать добровольцами, 34,5 млн человек, или 17,5% от довоенной чис¬ленности населения страны (для сравнения: в 1940 г. в народном хозяй¬стве СССР всего было занято 23,9 млн рабочих, 10 млн. служащих и 29 млн колхозников). Более трети мобилизованных находились в ар¬мейском строю, из них 5-6,5 млн — в действующей армии. (Для сравне¬ния: на службу в вермахт были привлечены 17 893 тыс. человек, или 25,8% численности населения Германии в 1939.) Мобилизация позво¬лила сформировать в 1941 г. 410 новых дивизий, а за всю войну — 648. В отражении гитлеровского нашествия участвовали все народы Совет¬
 
ского Союза, включая самые малочисленные. К примеру, среди нанай¬цев и ульчей участники войны составили 8% от их общей численности.
Советские войска, выдвинутые к западным границам страны, име¬ли 167 дивизий и 9 бригад; в них насчитывалось 32,9 тыс. орудий и ми¬нометов, 14,2 тыс. танков, 9,2 тыс. боевых самолетов. Запущенные нака¬нуне войны в серийное производство новейшие танки Т-34 и KB со¬ставляли лишь 10% всего танкового парка, 2,7 тыс. самолетов новейших конструкций не могли существенно изменить соотношение старой и новой техники в авиационных частях.
В целом силы и средства Германии и ее союзников в начале войны в 1,2 раза превосходили имевшиеся у СССР. По ряду позиций Вооружен¬ные силы СССР количественно превосходили армии противника, од¬нако уступали ему в стратегическом развертывании, качестве многих образцов вооружения, опыте и подготовке кадров. В отличие от герман¬ских, 75% советских войск не обладали современным боевым опытом. Значительная часть командных кадров (55%) занимали свои должнос¬ти менее шести месяцев. Это было связано с тем, что численность Крас¬ной Армии увеличилась почти вдвое с 1939 г. Кадрам был нанесен урон сталинскими чистками.
Настроенные на блицкриг германские войска после недолгой арт¬подготовки устремились вглубь СССР по трем основным направлени¬ям. Группа армий «Север» (командующий генерал-фельдмаршал В. Ле-еб) имела задачу уничтожить советские войска в Прибалтике и захва¬тить Ленинград. Группа «Центр» (генерал-фельдмаршал Ф. Бок) наступала по линии Минск — Смоленск — Москва. Группа «Юг» (гене¬рал-фельдмаршал Г. Рундштедт) должна была разгромить силы Крас¬ной Армии на Западной Украине, выйти к Днепру и наступать в направ¬лении на Киев. Основную задачу войны должны были решить войска Ф. Бока, обладающие наибольшей мощью. Советские стратеги ошиб¬лись в определении направления основного удара, и основные силы от¬пора врагу были сосредоточены на южном направлении.
К исходу первого дня войны германские войска продвинулись в глубь советской территории в Прибалтике на расстояние до 80 км, в Бе¬лоруссии — до 60, на Украине — до 20 км. В тот же день германская авиация уничтожила 1489 советских самолетов на земле и 322 в возду¬хе. Немецкие танковые колонны, не опасаясь атак с воздуха, быстро про¬двигались вперед. На основных направлениях германской армии уда¬лось обеспечить трех-четырехкратное превосходство в силе над пытав¬шимися наступать советскими частями. В течение решающих первых дней войны московское руководство не обеспечило управление войска¬ми. Верхом непонимания складывающейся ситуации была направлен¬ная войскам вечером 22 июня, в 21 ч 15 мин, директива, предписывав¬
 
шая немедленно перейти в контрнаступление, в течение двух дней «ок¬ружить и уничтожить» главные силы группировки противника.
В ряде приграничных мест советские войска оказали ожесточенное сопротивление наступающим войскам противника и надолго задержа¬ли его продвижение в глубь страны. 3,5 тыс. защитников Брестской кре¬пости (в их числе героически сражались представители более 30 наро¬дов СССР) во главе с капитаном И. Н. Зубачевым и полковым комисса¬ром Е. М. Фоминым целый месяц сковывали пехотную дивизию врага, поддерживаемую танками, артиллерией и авиацией. Контрудары 8-го, 9-го и 19-го механизированных корпусов (к началу войны создано 9 та¬ких корпусов, 20 находились в стадии формирования) нанесли серьез¬ный урон наступающим немецким танковым дивизиям в районе Дубно, Луцка и Ровно, отбросив их на 1-35 км, что не только задержало вра¬жеское наступление на Киев до конца июня, но и позволило вывести из-под угрозы окружения главные силы Юго-Западного фронта в райо¬не Львова.
Не имея должного представления об обстановке на фронтах, советс¬кое правительство занялось спешной перестройкой руководства Воору¬женными силами. 22-24 июня на базе довоенных приграничных округов были образованы Северный, Северо-Западный, Западный и Юго-Запад¬ный фронты. Их командующими стали генерал-лейтенант М. М. Попов, генерал-полковник Ф. И. Кузнецов, генерал армии Д. Г. Павлов, гене¬рал-полковник М. П. Кирпонос. 25 июня из 9-й и 18-й армий был сфор¬мирован Южный фронт (генерал армии И. В. Тюленев). На последую¬щих этапах войны одновременно действовало до 10-15 фронтов. Каж¬дый из них включал: 5-9 общевойсковых армий по 8-9 стрелковых дивизий; 1-3 танковые, 1-2 воздушные армии; несколько отдельных тан¬ковых, механизированных и кавалерийских корпусов; соединения и час¬ти артиллерии; специальные войска фронтового подчинения. Числен¬ность офицеров и солдат в составе фронта достигала 800 тыс. человек.
На второй день войны СНК и ЦК партии создали Ставку Главного Командования во главе с маршалом Тимошенко. Ставка была призвана принимать решения стратегического характера, она включала в себя маршалов Советского Союза, начальника Генерального штаба, руково¬дителей военно-морских и военно-воздушных сил; позднее в нее были включены главы родов войск.
Смятение в Москве длилось до конца июня. Из всех приказов, по¬ступавших в войска, фактически действовал лишь один — сражаться до последнего. Однако ситуация на фронтах не улучшалась. Советские войска отступали. 24 июня они оставили Вильнюс, 28 июня были вы¬нуждены покинуть Минск. 30 июня немцы захватили Львов, вели бои за Ригу, которая пала 1 июля. Непрерывной бомбардировке подверга¬
 
лись Мурманск, Орша, Могилев, Смоленск, Киев, Одесса, Севастополь. 29 июня Гитлер заявил: «Через четыре недели мы будем в Москве, и она будет перепахана». 30 июня Гальдер произнес: «Русские потерпели по¬ражение в этой войне в течение первых же восьми дней». Эти оценки, пока еще вполне согласные с «планом Барбаросса» и самоувереннос¬тью агрессора, были ошибочными. Основные события на советско-гер¬манском фронте только начинались.
Перестройка страны на военный лад. Начавшаяся с первых часов вой¬ны, перестройка жизни в стране стала приобретать заметную органи¬зованность с конца июня 1941 г. По образному замечанию наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова, «государственная машина, направленная по рельсам невероятности нападения Гитлера, вынуждена была остано¬виться, пережить период растерянности и потом повернуть на 180 гра¬дусов». Вечером 29 июня Сталин был крайне удручен потерей Минс¬ка и грандиозностью масштаба катастрофы, разворачивающейся на западе страны. При выходе из наркомата обороны он произнес фразу, которую позже в разных вариантах воспроизводили мемуаристы: «Все, что создал Ленин, мы потеряли навсегда». Ответственность за катастрофическое развитие событий, во многом лежавшая лично на диктаторе, не могла не вывести его из равновесия. Он воспрянул ду¬хом только после того, как соратники не только не высказали ему пре¬тензий, но предложили образовать и возглавить чрезвычайный орган — Государственный Комитет Обороны (ГКО), передав ему всю полноту партийной и государственной власти в стране. Решение Президиума Верховного Совета СССР, ЦК ВКП(б) и Со¬внаркома о создании ГКО принято 30 июня. Вначале в него, помимо Ста¬лина, были включены В. М. Молотов, К. Е. Ворошилов, Г. М. Маленков, Л. П. Берия. В дальнейшем постановлениями Президиума Верховного Совета СССР в феврале 1942 г. в состав ГКО введены А. И. Микоян, Н. А. Вознесенский и Л. М. Каганович, а в ноябре 1944 г. — Н. А. Бул-ганин, сменивший Ворошилова. При образовании ГКО заместителем председателя был назначен Молотов. Однако, с учреждением 8 декабря 1942 г. Оперативного бюро ГКО и утверждением Берии его руководи¬телем и зампредом ГКО, Молотов стал постепенно утрачивать свое по¬ложение, а на вторые роли после Сталина выходили Берия и Маленков.
Комитет обладал обширной компетенцией: назначал и смещал выс¬шее командование, решал военно-стратегические вопросы, занимался подготовкой военных и трудовых резервов, налаживал работу промыш¬ленности, транспорта, сельского хозяйства. Каждый член ГКО ведал определенным кругом вопросов. Постановления Комитета имели силу законов военного времени. Все партийные, государственные, военные, хозяйственные и профсоюзные органы были обязаны беспрекословно выполнять его решения и распоряжения. В своей деятельности ГКО
 
опирался на аппарат СНК СССР, своих уполномоченных на местах, которыми, как правило, были секретари партийных комитетов краев и областей; на местные городские комитеты обороны, партийные и госу¬дарственные органы.
Рабочими органами и исполнителями решений Комитета были нар¬коматы обороны, ВМФ и их управления. Стратегическое руководство вооруженной борьбой осуществлялось через Ставку ВГК. В городах, оказывавшихся в непосредственной близости к фронту, создавались го¬родские комитеты обороны (в составе председателя из местных руково¬дителей, командующего фронтом, представителя НКВД1). Они действо¬вали в более чем 60 городах и наделялись правом объявлять город на осадном положении; производить мобилизацию, эвакуацию населения; создавать народные ополчения и истребительные отряды; давать пред¬приятиям задания по выпуску вооружения и боеприпасов; организовы¬вать строительство оборонительных рубежей.
За годы войны ГКО принял около 10 тыс. постановлений, руково¬дил деятельностью всех государственных ведомств и учреждений, от которых зависели ход и исход войны. Под руководством Комитета Став¬ка спланировала 9 кампаний, 51 стратегическую и 250 фронтовых опе¬раций. Не все оказались успешными, но многие из них стали, по оценке Г. К. Жукова, «беспримерными в истории войн, как по своим масшта¬бам, так и по классическому их осуществлению». К их числу принадле¬жат битвы под Москвой и Сталинградом, на Курской дуге; Ясско-Ки-шиневская операция; разгром немецких войск в Белоруссии; Висло-Одерская и Берлинская операции.
30 июня 1941 г. Совнарком СССР утвердил общий мобилизацион¬ный народнохозяйственный план, предусматривающий перестройку эко¬номики на военный лад в кратчайшие сроки. В августе принят военно-хозяйственный план на последний квартал 1941 г. и на весь 1942 г. по районам Поволжья, Урала, Западной Сибири, Казахстана и Средней Азии.
1 В феврале 1941 г. НКВД был разделен на два наркомата — НКГБ (в который пере¬шли подразделения госбезопасности) во главе с В.Н. Меркуловым, и НКВД во главе с Л. П. Берией. Тогда же особые отделы НКВД (военная контрразведка) были переданы в наркоматы обороны и ВМФ. В начале войны, 17 июля 1941 г. контрразведка была возвра¬щена в НКВД, а 20 июля НКВД и НКГБ вновь объединены в один НКВД во главе с Бери¬ей. В апреле 1943 г. МВД был вновь реформирован. На основе его подразделений 14 апре¬ля создан Народный комиссариат государственной безопасности во главе с Меркуловым, 19 апреля — Главное управление контрразведки «Смерш» («смерть шпионам») во главе с В. С. Абакумовым. Руководство НКВД с 1943 г. оставалось за Берией, с декабря 1945 г. осуществлялось С. Н. Кругловым. В марте 1946 г. наркоматы были переименованы в ми¬нистерства, а «Смерш» в мае 1946 г. включен в состав МГБ, возглалявшийся до июля 1951 г. Абакумовым.
Основная программа действий по превращению страны в единый боевой лагерь сформулирована в «Директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б)
 
партийным и советским организациям прифронтовых областей о моби¬лизации всех сил и средств на разгром фашистских захватчиков» от 29 июня 1941 г. В ней осуждались сохранявшиеся в стране с довоенных времен «благодушно-мирные настроения», непонимание смысла угро¬зы и опасности, создающейся продолжавшимся наступлением герман¬ских войск. Разъяснялось, что целью нападения является не только унич¬тожение советского строя, но и ограбление страны, захват хлеба, нефти, восстановление власти помещиков и капиталистов, что в войне «реша¬ется вопрос о жизни и смерти Советского государства, о том — быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение». Родина оказалась в величайшей опасности, и «мы должны быстро и ре¬шительно перестроить всю свою работу на военный лад».
Особый упор в директиве делался на оборонительных задачах, на необходимости «отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и села, проявлять смелость, ини¬циативу и сметку, свойственные нашему народу». Предписывалось «организовать беспощадную борьбу со всякими дезорганизаторами тыла, дезертирами, паникерами, распространителями слухов, уничто¬жать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов, оказывая во всем этом быстрое содействие истребительным отрядам». Отдельный пункт директивы требовал «немедленно предавать суду военного трибунала всех тех, кто своим паникерством и трусостью мешает делу обороны, невзирая на лица».
При вынужденном отходе частей Красной Армии директива при¬зывала оставлять на пути захватчиков лишь выжженную землю и ни одного паровоза, ни одного вагона, ни килограмма хлеба, ни литра го¬рючего, угонять скот. «Все ценное имущество, в том числе цветные ме¬таллы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно без¬условно уничтожаться». В занятых врагом районах требовалось «созда¬вать партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде».
Содержание директивы составило основу выступления Сталина по радио 3 июля и определило характер действий советского руковод¬ства и всего народа в годы войны. Сталин, однако, включил в речь ряд новых важных тем, а главное, сумел найти такие слова и такой тон, которые превратили директиву в одну из самых волнующих его речей, оказавших колоссальное воздействие на сограждан. Он признал тяже¬лые потери, оправдывал заключенный в 1939 г. пакт с Германией, ска¬зал о нависшей над страной громадной опасности, выразил надежду на помощь Британии и Америки, которые становились союзниками в борьбе. Необычными были первые слова обращения: «Товарищи! Граж¬дане! Братья и сестры!», явно перекликавшиеся с обращениями слу¬жителей РПЦ.
 
Сталин, скорее всего, был уже ознакомлен с «Посланием пастырям и пасомым Христовой Православной церкви» Патриаршего Место¬блюстителя, митрополита Московского и Коломенского Сергия. Оно было написано утром 22 июня и разослано по всем приходам страны. Священники (в 1941 г. их было 5665) оглашали послание в церквах пос¬ле богослужений, и вскоре оно стало известным значительной части верующего населения страны.
В своем послании высший иерарх церкви призывал «пасомых» встать против неправды и голого насилия «врагов православного христианства», помнить по примеру предков «не о личных опасностях и выгодах, а о свя¬щенном своем долге перед Родиной», вспомнить святых вождей Алек¬сандра Невского, Дмитрия Донского и неисчислимые тысячи простых православных воинов, полагавших свои души за народ и Родину. В зак¬лючение говорилось: «Православная наша Церковь всегда разделяла судь¬бу народа. Вместе с ним она и испытания несла, и утешалась его успеха¬ми. Не оставит она народа своего и теперь. Благословляет она небесным благословением и предстоящий всенародный подвиг». Слово предстоя¬теля РПЦ несло огромный заряд патриотизма, указывало на глубинный исторический источник народной силы и веры в конечную победу над врагами. Послание стало важным сигналом к изменению отношения вла¬сти к церкви и верующим. Вероятно, Сталин осознал, что с богоборче¬ством в условиях начавшейся войны надо кончать, а проявлениям веры народа в божие заступничество за Россию не следует препятствовать. В июле 1941 г. состоялась его краткая встреча с митрополитом Сергием, положившая начало нормализации государственно-церковных отноше¬ний. В стране прекратилась антирелигиозная пропаганда, перестали вы¬ходить в свет журналы «Безбожник», «Антирелигиозник».
С началом войны были прекращены всякие попытки актуализиро¬вать популярную ранее идею о превращении войны в революцию. Г. Ди¬митров уже утром 22 июня получил указание: «Коминтерн пока не дол¬жен выступать открыто. Партии на местах развертывают движение в за¬щиту СССР. Не ставить вопрос о социалистической революции. Советский народ ведет Отечественную войну против фашистской Герма¬нии. Вопрос идет о разгроме фашизма, поработившего ряд народов и стре¬мящегося поработить и другие народы». На срочно собранном заседании Секретариата ИККИ Димитров развил эти установки. В шифровках ком¬партиям, секциям Коминтерна, отправленным в тот же день, подчерки¬валось: «Учтите, что на данном этапе вопрос идет о защите народов про¬тив фашистского порабощения, а не о социалистической революции».
Эти же мысли прозвучали в июльской речи Сталина. В ней особый упор сделан на то, что война с фашистской Германией не должна рас¬сматриваться как обычное противостояние между армиями, это — «вой¬на всего советского народа», «всенародная отечественная война», «вой¬
 
на за свободу нашего отечества», которая «сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы». Он говорил и об опасности разрушения национальной культуры и на¬циональной государственности народов Советского Союза, угрозе их онемечивания, превращения в рабов немецких князей и баронов.
Выступление, начинавшееся со слов о вероломстве врага и громад¬ных потерях, о зловещей угрозе, нависшей над страной, по ходу речи давало психологическую установку на активное сопротивление наше¬ствию, ставило конкретные задачи, уверенно призывало к решительным действиям и немедленной перестройке всей работы и жизни страны и каждого советского человека на новый, военный лад, в результате чего врагу не должно быть пощады. По определению К. Симонова, главное впечатление, возникавшее у слушателей этой волнительной речи, мож¬но было обозначить как «конец иллюзиям». В то же время выступление воодушевляло и вселяло уверенность: Сталин готов возглавить страну в час тяжелейших испытаний и привести ее к победе.
В основу перестройки деятельности партии, органов государствен¬ной власти и управления был положен принцип максимальной центра¬лизации руководства. За годы войны ни съездов партии, ни пленумов ЦК (за исключением январского 1944 г.) не проводилось. Оргбюро ЦК не собиралось, решения от имени Секретариата принимались путем уст¬ного опроса. Политбюро осуществляло свои функции постольку, по¬скольку практически из его состава был сформирован ГКО.
Тенденция к централизации прослеживается и в эволюции такого института, как Ставка. 10 июля 1941 г. Ставка Главного Командования была реорганизована в Ставку Верховного Командования. Вместо Тимошенко ее фактически возглавил Сталин. С 19 июля он заменил Тимошенко и на посту наркома обороны. Тенденция к централизации и дальнейшее восстановление исторических традиций проявились также в учреждении в СССР поста Верховного Главнокомандующего. Одним из деятельных проводников этих тенденций был заместитель наркома обороны Б. М. Шапошников, признанный военный теоретик, началь¬ник Генерального штаба с июля 1941 г.
8 августа 1941 г. указом Президиума ВС на пост Верховного Глав¬нокомандующего назначен Сталин. Тогда же Ставка Верховного Коман¬дования преобразована в Ставку Верховного Главнокомандования. Воз¬главляя одновременно партию, правительство и Вооруженные силы, Сталин был наделен чрезвычайными полномочиями по отношению ко всем ведомствам и учреждениям страны. Г. К. Жуков, назначенный в августе 1942 г. первым заместителем наркома обороны и заместителем Верховного Главнокомандующего, позднее вспоминал: «Трудно было разобрать, где кончается Государственный Комитет Обороны и начина¬ется Ставка, и наоборот». Сталин «командовал всем, он дирижировал,
 
его слово было окончательным и обжалованию не подлежало». Но, от¬мечал полководец, в начале войны он «плохо разбирался в способах, методике и формах ведения современной войны». По мнению маршала A. M. Василевского, «на первых порах войны Сталин явно переоцени¬вал свои силы и знания в руководстве войной». На практике это увели¬чивало потери на фронте.
Осуществляя перестройку экономики страны на военный лад, пра¬вительство в начале июля 1941 г. приняло постановление, значительно расширявшее права наркомов в условиях военного времени. В сентябре и ноябре были образованы новые наркоматы — танковой промышлен¬ности, минометного вооружения. На военный лад перестраивалась и ВКП(б). Свыше 500 секретарей, начиная с ЦК компартий союзных республик, были мобилизованы и назначены членами Военных советов фронтов и армий. 270 ответственных сотрудников ЦК направлены в Красную Армию и на ВМФ. Одновременно расширялся институт парторгов ЦК. Они работали на 1170 крупных заводах. В ноябре созда¬ны политотделы в МТС и совхозах (существовали до мая 1943 г.). За пер¬вое полугодие войны в армию влилось более миллиона членов партии, что составляло треть ее состава. В 1942 г. в рядах Красной Армии и Флота находилось свыше 2 млн коммунистов, 54,3% всего состава партии; в кон¬це войны — 2,6 млн коммунистов из 6 млн.
В июле 1941 г. Политбюро ЦК приняло постановление об организа¬ции партизанского движения на оккупированных противником терри¬ториях силами партийных органов, диверсионных военных групп и ор¬ганов НКВД. (На оккупированной территории осталось более 5,5 млн военнообязанных рождения 1890-1925 гг.) К концу года стали созда¬ваться штабы и отделы партизанского движения при политуправлени¬ях фронтов. В мае 1942 г. при Ставке Верховного Главнокомандования образован Центральный штаб партизанского движения (начальник П. К. Пономаренко). Главнокомандующим партизанским движением в сентябре — ноябре 1942 г. был К. Е. Ворошилов.
Ухудшившееся продовольственное снабжение страны заставило уже 18 июля 1941 г. ввести в Москве, Ленинграде, их пригородах карточки на хлеб, мясо, жиры, сахар и другие важнейшие продукты, в октябре их пришлось ввести почти во всех городах, в конце года — по стране в це¬лом. Поначалу на карточное снабжение перевели 56 млн человек — 26,9 млн работающих, 17,4 млн иждивенцев, 11,7 млн детей до 12 лет. К декабрю 1942 г. в связи с оккупацией территории, где до войны про¬живали 80 млн человек, численность населения, снабжаемого по кар¬точкам, сократилась до 38,1 млн человек, затем она снова увеличилась. Население деревни на государственное довольствие не принималось. Ос¬новным источником питания для огромной массы крестьянских семей были приусадебные участки.
 

 
След. »

Наши друзья
Будут предприятия - будет и рынок. Лучшие фото с интересными людьми. Астрология хороша и для спорта, и для здоровья. В сексе язык вовсе не лишний. Можно ли положить карты таро в столбик? Искусство кино связано с дизайном и рекламой. У США сломалось шасси.