Главная arrow Всё arrow История России arrow История России 
Все |0-9 |A |B |C |D |E |F |G |H |I |J |K |L |M |N |O |P |Q |R |S |T |U |V |W |X |Y |Z

Всё История России История России

История России 1917-2009

Оглавление
История России 1917-2009
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
Страница 119
Страница 120
Страница 121
Страница 122
Страница 123
Страница 124
Страница 125
Страница 126
Страница 127
Страница 128
Страница 129
Страница 130
Страница 131
Страница 132
Страница 133
Страница 134
Страница 135
Страница 136
Страница 137
Страница 138
Страница 139
Страница 140
Страница 141
Страница 142
Страница 143
Страница 144
Страница 145
Страница 146
Страница 147
Страница 148
Страница 149
Страница 150
Страница 151
Страница 152

С чисто академической точки зрения представления о стадиальнос¬ти развития языка оспаривали крупные ученые В. В. Виноградов, А. А. Реформатский и др. С позиций марризма, они продолжали «от¬жившие свой век традиции дореволюционной либерально-буржуазной лингвистики». Ситуация в языкознании по настоянию первого секре¬таря ЦК КП Грузии К. Н. Чарквиани была обрисована в письме Стали¬ну, направленному грузинским академиком А. С. Чикобавой в марте 1950 г. Большое значение имела и поддержка ученого со стороны тако¬го «лингвиста», как Л. П. Берия.
Личные беседы Сталина с приглашенным в Москву А. С. Чикоба-вой укрепили его в необходимости пересмотреть господствующую в стране языковедческую теорию. Маленков беседовал по этим вопросам с академиком В. В. Виноградовым. По предложению Сталина Чикобава подготовил статью по проблемам языкознания для «Правды». 9 мая 1950 г. она была опубликована «в порядке обсуждения». В ней говори¬лось о необходимости пересмотра общелингвистических построений Марра, без чего «невозможна разработка системы советской лингвис¬тики». Марристов это требование поразило. Некоторые считали его бе¬зумной выходкой сошедшего с ума языковеда. Они опровергали Чикоба¬
 
ву до 20 июня 1950 г., пока в «Правде» не появилась статья Сталина «Относительно марксизма в языкознании». 11 и 28 июля последовало продолжение. Позднее эти работы издавались в брошюре под общим названием «Марксизм и вопросы языкознания».
Сталин решительно отвергал утверждения о том, что краеугольные положения теории Н. Я. Марра («язык есть надстройка над базисом», «классовый характер языка», «стадиальность развития языка») явля¬ются марксистскими. С этого времени Марр стал восприниматься как ученый, который хотел быть марксистом, но не сумел стать им: «Он был всего лишь упростителем и вульгаризатором марксизма, вроде "пролет-культовцев" или "рапповцев"».
Освобождение советского языкознания от пут марризма не обошлось без курьеза. В. В. Виноградов, готовивший материалы для сталинских статей о языкознании, увидел в «Правде» от 11 июля, что в объяснении происхож¬дения русского языка допущена ошибка. Вместо того чтобы сказать, что русский язык произошел из курско-московского диалекта, написано: из курско-орловского (по аналогии с курско-орловской дугой). Виноградов позвонил Поскребышеву, сказал об ошибке. Тот ответил: «Раз товарищ Ста¬лин написал про курско-орловский диалект, значит, из него теперь и будет происходить русский язык».
Существенной для теории и практики была интерпретация сталин¬ских статей. Русский представлялся теперь языком, который «будет безусловно одним из наиболее богатых и выдающихся зональных язы¬ков, мощных средств межнационального общения и сыграет большую роль в создании будущего единого мирового языка, в создании его ос¬новного словарного фонда и грамматического строя».
Дискуссия по вопросам политэкономии. Еще одна дискуссия, оставив¬шая большой след в истории науки и идеологической жизни страны, состоялась в ноябре 1951 г. Она была связана с подготовкой учебника политической экономии, которому придавалось исключительно боль¬шое значение. Работа эта началась еще до войны. По поручению Сталина ее вел известный экономист Л. А. Леонтьев. После войны работа была продолжена, однако ни один из подготовленных вариан¬тов Сталина не удовлетворил. В мае 1950 г. решением Политбюро ЦК написание учебника поручили группе ученых-экономистов (К. В. Островитянов, Л. А. Леонтьев, Д. Т. Шепилов и др.). Через год макет учебника был представлен в Политбюро, затем ра¬зослан специалистам по общественным наукам, партийным и хозяй¬ственным работникам с предложением обсудить его на Всесоюзной эко¬номической дискуссии. Председательствовавший на ней Г. М. Мален¬ков подчеркивал, что ЦК готов рассмотреть любые предложения, связанные с совершенствованием макета. С 10 ноября по 8 декабря 1951 г. в рамках дискуссии проведено 21 заседание, в которых приняли
 
участие около 240 ученых. В их числе были крупные экономисты И. А. Анчишкин, Е. С. Варга, Я. А. Кронрод, В. С. Немчинов, А. Н. Нот-кин, К. В. Островитянов, А. М. Румянцев.
По воспоминаниям Д. Т. Шепилова, подавляющее большинство уча¬стников одобрили подготовленный проект, вносили поправки, давали советы по структуре и формулировкам, но были и «явно заушательс¬кие», «вульгарные, совершенно неквалифицированные» выступления. На основе материалов дискуссии были подготовлены и посланы Ста¬лину предложения по улучшению макета, устранению ошибок и неточ¬ностей, справка о спорных вопросах.
1 февраля 1952 г. Сталин откликнулся на прошедшую дискуссию и присланные материалы «Замечаниями по экономическим вопросам, связанными с ноябрьской дискуссией 1951 г.». Высказав ряд собствен¬ных соображений по содержанию учебника, он не согласился с разно¬сной критикой макета, считая, что он «стоит на целую голову выше су¬ществующих учебников». Решением Политбюро его авторам был пре¬доставлен еще один год для доработки учебника. Свою роль в его подготовке Сталин свел к написанию замечаний к проекту и ответов на адресованные ему вопросы. («Ответ т-щу Ноткину, Александру Ильи¬чу», «Об ошибках т. Ярошенко Л. Д.», «Ответ товарищам Саниной А. В. и Венжеру В. Г.»). Их содержание вошло в книгу «Экономические про¬блемы социализма в СССР», ставшую последней теоретической рабо¬той И. В. Сталина.
В ней, по сути дела, отвергалась рыночная экономика; обосновыва¬лись еще большее огосударствление экономической жизни в стране, приоритетность развития тяжелой промышленности, необходимость свертывания и превращения кооперативно-колхозной собственности в государственную, сокращение сферы товарного обращения. Книга со¬держала важные в политическом отношении положения: «неизбежность войн между капиталистическими странами остается в силе»; «чтобы устранить неизбежность войн, надо уничтожить империализм».
С высоты наших дней видно, что в этом произведении не получили поддержки новаторские подходы ученых, которые выступали за учет интересов широких масс трудящихся и за более масштабное включение в производственный процесс хозяйственных методов. Существенно была также переоценена степень внутренних противоречий капиталис¬тической системы и не учтены ее способности к саморегуляции. Объяс¬няется это тем, что постаревший Сталин оказался в состоянии эйфории от казавшейся близкой окончательной победы социализма.
Некоторые положения классиков марксизма-ленинизма Сталин объявил несостоятельными. Так, неверным было названо положение Ф. Энгельса о том, что ликвидация товарного производства должна стать первым условием социалистической революции. Сталин утверждал, что
 
законы товарного производства действуют и при социализме, но их дей¬ствие носит ограниченный характер. Отбрасывалось как ошибочное положение Энгельса, будто стирание грани между городом и деревней должно повести к гибели больших городов. Объявлен был устаревшим тезис Ленина (1916) о том, что, «несмотря на загнивание капитализма в целом, капитализм растет неизмеримо быстрее, чем прежде». Отказал¬ся Сталин и от собственного, высказанного до войны, тезиса «об отно¬сительной стабильности рынков в период общего кризиса капитализ¬ма». По поводу развития ведущих капиталистических стран он заявил: «Рост производства в этих странах будет происходить на суженной базе, ибо объем производства в этих странах будет сокращаться». Отдельные члены Политбюро (Молотов, Микоян) не были уверены в правильнос¬ти положений «Экономических проблем». Это стало причиной дальней¬шего охлаждения к ним Сталина.
Пожалуй, наиболее значимым для тогдашних властей в этой книге было положение о возможности построения коммунизма в СССР даже в условиях капиталистического окружения. Для решения этой истори¬ческой задачи, по Сталину, требовалось бы выполнить три условия. 1) Обеспечить не только рациональную организацию производитель¬ных сил, но и непрерывный рост всего общественного производства с преимущественным развитием производства средств производства, что дает возможность осуществить расширенное воспроизводство. 2) Пу¬тем постепенных переходов поднять колхозную собственность до уров¬ня общенародной, а товарное обращение тоже постепенно заменить си¬стемой продуктообмена с целью охвата им всей продукции обществен¬ного производства. 3) Добиться такого культурного роста общества, который бы обеспечил всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей.
По свидетельству Молотова, Сталин работал над второй частью сво¬его труда. Но она так и не увидела света. Учебник «Политическая эко¬номия» (1954), доработанный с учетом опубликованных сталинских положений, стал первым систематическим изложением теоретических основ и апологией административно-командной экономической систе¬мы социализма, просуществовавшей в почти неизменном виде до 1985 г.
Таким образом, можно сказать, что политический процесс 1945¬1953 гг. не совсем укладывается в расхожие представления о постоян¬ном нарастании черт тоталитаризма в годы правления Сталина. В тот период тесно переплетались два противоположных курса — на сохране¬ние и развитие репрессивной роли государства и на формальную де¬мократизацию политической системы.
Первая тенденция выразилась в большом количестве арестованных и осуж¬денных за контрреволюционные преступления и антисоветскую агитацию. О масштабах репрессий дает представление справка, составленная по тре¬
 
бованию Н. С. Хрущева в 1954 г. В ней значилось, что с 1921 по 1 февраля 1954 г. в СССР за контрреволюционные преступления были осуждены кол¬легией ОГПУ, тройками НКВД, Особым совещанием, Военной коллегией Верховного суда СССР и военными трибуналами 3 777 880 человек, в том числе к высшей мере наказания — 642 980 человек, 236 922 человек осужде¬ны на различные сроки заключения, 765 180 человек высланы. Ежегодно в исправительно-трудовых лагерях содержалось от 0,5 до 1,5 млн человек, из которых политические заключенные составляли в 1930-е годы до 35%. В 1946-1950 гг. общее число политзаключенных увеличилось (в основном из-за осуждения предателей и бывших военнопленных) с 338 883 до 578 912 человек, однако их доля в общем количестве заключенных снизилась до 23%. Всего в СССР в 1953 г. заключенных (включая контингент исправительно-трудовых колоний) насчитывалось 2 468 524 человека. Все последующие попытки уточнения этих данных не привели к сколько-нибудь существен¬ному изменению порядка приведенных цифр. По данным КГБ (февраль 1990 г.), в СССР с 1930 по 1953 г. осуждены за государственные и контрре¬волюционные преступления 3 778 234 человека (2% от численности насе¬ления СССР в 1953 г.). Из них 786 098 приговорены к расстрелу, реабили¬тированы (прижизненно и посмертно) 844 470. Через исправительно-тру¬довые лагеря с 1930 по 1953 г. прошли 11,8 млн человек, через колонии — 6,5 млн. Из общего числа заключенных (18,3 млн) за контрреволюционные преступления осуждено 3,7 млн (20,2%). По существующим оценкам, в зак¬лючении умерли около 1,8 млн узников.
Сведения о приговоренных к высшей мере наказания за контрреволюцион¬ные и другие особо опасные преступления свидетельствуют, что в 1937¬1938 гг. по делам органов НКВД приговорено к высшей мере наказания 681 692 человека. Иначе говоря, в годы «большого террора» страна ежед¬невно теряла по этой статье 970-900 человек. В 1939-1940 гг. таких приго¬воров выносилось по 7-5 в день (примерно столько же, сколько в 1932¬1934, и почти в два раза больше, чем в 1935-1936 гг.); в 1946 г. — 8, в 1947 — 3; в 1950 г. — 1-2, в 1951-1952 гг. — 4-5, в первую половину 1953 г. — один приговор в день. Жестокость в послевоенной политической и идеологичес¬кой борьбе по сравнению с 1930-ми годами шла на убыль. С 26 мая 1947-го до 12 января 1950 г. в стране не было смертной казни. Вторая тенденция в послевоенном политическом процессе проявилась в оживлении общественной жизни, возобновлении после долгого перерыва съездов общественных и общественно-политических организаций СССР. В 1949 г. состоялись X съезд профсоюзов и XI съезд комсомола (спустя со¬ответственно 17 и 13 лет после предыдущих). В 1952 г. состоялся XIX съезд партии.
В 1946-1947 гг. велась разработка проектов новой Конституции СССР и Программы ВКП(б). Конституционный проект предусматри¬вал развитие демократических начал в жизни общества. В процессе об¬суждения проекта высказывались пожелания о децентрализации эко¬номической жизни, расширении хозяйственной самостоятельности ме¬стных управленческих организаций. Проект партийной Программы базировался на доктрине перерастания диктатуры пролетариата в об-
 
щенародное государство. Важное место в проекте отводилось соци¬альным аспектам развития страны. Выдвигалась задача развернуть жи¬лищное строительство и обеспечить каждому трудящемуся благоуст¬роенную отдельную комнату, а каждой семье — отдельную квартиру. Предлагалось наладить массовое производство автомобилей и предос¬тавить каждому гражданину в пользование легковой автомобильный транспорт. Говорилось о необходимости развернуть подготовку к обес¬печению бесплатного снабжения продуктами питания и обслуживания граждан первоклассными столовыми, прачечными, другими культурно-бытовыми учреждениями. Проект Программы партии предусматривал, по мере продвижения к коммунизму, осуществлять принцип выборнос¬ти всех должностных лиц государственного аппарата, максимально раз¬вивать самодеятельные добровольные организации. Обращалось вни¬мание на необходимость развертывания работы по коммунистическо¬му изменению сознания людей, воспитанию у широких народных масс начал социалистической гражданственности, трудового героизма, крас¬ноармейской доблести; повышению всего народа до уровня знатных людей Советской страны.
Работа над обоими проектами прекратилась в связи с ужесточени¬ем внутриполитического курса и осуждением главных руководителей разработок, деятелей ленинградской «антипартийной группировки». Внимание вновь направлялось не столько на выработку эффективных мер по подъему экономики, сколько на поиски конкретных «виновни¬ков» ее неудовлетворительного развития. Вопрос о новой Программе КПСС вновь поставлен на XIX съезде партии. Признав устаревшими многие положения действовавшей программы, съезд постановил руко¬водствоваться при подготовке нового главного партийного документа положениями сталинской книги «Экономические проблемы социализ¬ма в СССР». Основные постулаты этого произведения, так же как и на¬работки программной комиссии А. А. Жданова 1947 г., легко обнаружи¬ваются в принятой много лет позже, в 1961 г., третьей Программе КПСС.
Наиболее пагубным в послевоенном сталинском курсе было про¬должение прежней стратегии в отношении деревни и сельского хозяй¬ства — отчуждение тружеников от средств производства, сохранение неэквивалентного обмена с городом. За 1946-1953 гг. стоимость поста¬вок сельского хозяйства в другие отрасли народного хозяйства равня¬лась 298 млрд рублей, а поставок в сельское хозяйство — 193 млрд руб¬лей. По словам Хрущева, Сталин «знал лишь одно средство работы с деревней — нажим, выколачивание сельскохозяйственных продуктов». Сталинская власть не давала себе отчета в том, что такая стратегия рано или поздно приведет к кризису снабжения городов и легкой промыш¬ленности продовольствием и сырьем.
 

 
След. »

Наши друзья
Будут предприятия - будет и рынок. Лучшие фото с интересными людьми. Астрология хороша и для спорта, и для здоровья. В сексе язык вовсе не лишний. Можно ли положить карты таро в столбик? Искусство кино связано с дизайном и рекламой. У США сломалось шасси.